В истории русского искусства есть два удивительных течения, которые меня особенно увлекают, оба связаны с познанием окружающего мира и часто базируются на теориях исследователей. При этом одни художники взаимодействуют с фантастами, а другие с теософами своего времени. Речь идет о русском космизме и мистицизме.
Крупные выставки по космизму проходят в среднем раз в два года в крупных музеях, когда как о мистицизме говорят редко или охватывают лишь малую его часть, но команда «Гаража» осмелилась поднять эту тему.
Проект «“Мы храним наши белые сны”. Другой Восток и сверхчувственное познание в русском искусстве. 1905–1969» дает целостное представление мистицизме, в пространстве представлены графика, живопись, книги, документы, видео материалы.
В начале XX века возрастает интерес к мистическому: вокруг Р. Штайнера и А. Белого формируются кружки, в которых распространяется взгляд на христианство через призму восточных практик, которые позволяют по-новому воспринимать и понимать мир. В мировоззрении эзотериков «сверхчувственное» казалось необходимым и единственным выходом из кризиса западного христианства. Мир необратимо изменялся, а человек пытался переосмыслить свое место в нем.
Работы, представленные на выставке – это артефакты, свидетельствующие о духовном откровении, о контакте с потусторонним, например, рисунки эзотерика Р. Штайнера или фотографии, сделанные во время спиритических сеансов.
Художники – последователи Штайнера направляли свой интерес во внутрь. Они интересовались медитацией и Востоком. Для них воображаемый Восток был пространством новых духовных ориентиров, пространством, наполненным чем-то «пряным», магическим и вместе с тем совершенно «другим». Наиболее четко это прослеживается в работах Д. Степанова.
Медитирующие сродни иконописному образу: они находятся в другом измерении, где время остановилось или вовсе работает по другим, неизвестным нам принципам. Художник осознанно проводит параллели с идею Троицы. Таким образом, подчеркивает связь с мистическим миром.
Так же интересно исследование танца в кругах эзотериков. Танец как самая древняя выразительная форма, давала возможность коммуникации человеку с человеком и человеку с духами (шаманский танец). Художники поднимают вопрос: «откуда берется движение в танце?», экспериментируют с движением и музыкой, выискивают новые формы. Вообще танец волновал и волнует многих артистов, он развивается как современный язык и при этом остается более выразительным.
Вообще тема мистического в искусстве это отдельная тема, которую в будущем я надеюсь рассмотреть и дать емкое представление о нем, а пока я просто обращаю ваш взгляд в его сторону и на интересную выставку.