«Хорошими делами прославиться нельзя!», – пела старуха Шапокляк. Сегодня ее слова сочли бы симптомом маразма. В эпоху Инсты, когда всё на показ и на продажу, даже благотворительность стала сортом бизнеса. Не оскудеет рука дающего, – проповедовали нам. И это так. Щедрый взнос куда-то, кому-то, во что-то сопряжен с рекламой, самоPR и глубоким массажем эго. Вроде бы отдавать нужно, не ожидая взамен, но по факту филантропия часто рассчитывает на взаимность. Любовь к людям в надежде на ответное чувство – баш на баш, ты – мне, я – тебе, tit for tat. В советской школе учили, что добро нужно делать скромно и тихо. Да и деньги тоже любят тишину. Но цифровая эпоха прибавила громкости. Сегодня занятие благотворительностью – такая же часть социального ЗОЖ и гигиены бизнеса, что стыдно, неловко и возмутительно утверждать, что ты не помогаешь тому или иному фонду или инициативе. Выбор страждущих – на любой вкус и цвет. Вставить свои условные пять копеек можно любым удобным образом, было бы желание.