Лабораторные работы по строительным материалам проходили в довольно необычном ключе. Чтобы допустить студентов до выполнения работ, преподаватель Буйнов проводил устные беседы с ними. Он выбирал несколько второкурсников, после чего задавал им вопросы, требуя подробно объяснить последовательность проведения работы. Причем знать эту последовательность было необходимо наизусть, в противном случае студента могли отправить с пары на все четыре стороны.
Оборудование в лаборатории было несовременное. Создавалось такое впечатление, что весы вместе с гирями были арендованы у колбасного магазина, колбы для опытов пожелтели еще полвека назад, а гидравлический пресс застал первый полет человека в космос. Тем не менее, студенты были предупреждены, что за поломку всего находящего в кабинете будут отправлены прямиком в кассу.
Лаборатория находилась в полуподвальном помещении с низкими потолками. Так низко студентов еще не отправляли. Система вентиляции была настолько современной, что постоянно приходилось открывать дверь, дабы не потерять сознание от духоты, возникающей из-за работы горелок для нагревания колб.
Буйнов редко принимал участие в проведении лабораторных работ, поэтому после опроса студентов в начале пары мог отлучаться на целый час. Преподавателю помогала лаборантка. По имени ее никто не называл, потому что студентам она не представлялась. Это была женщина пенсионного возраста со строгим характером. После ухода с пары преподавателя Буйнова она спрашивала теорию по лабораторной работе заново и не помогала студентам в проведении опытов, пока не убеждалась, что абсолютно все хотя бы своими словами могут объяснить последовательность выполнения работы.
Это был двойной контроль знаний. Проблема была в том, что эти знания мы должны были получать в процессе выполнения работы, а не зазубривать без понимания большие объемы теории, рассматривая лабораторное оборудование в домашней обстановке по схемам из методичек.