«Иногда. Мне хочется быть рыжей. Чуть, сладковато коричной, на вкус и ощупь. С воланами, горячих отсветом, волос. Вспыхивающих на солнце, взлетающих порывами ветра, от шеи вверх. С мелкой россыпью конопушек, от переносицы и по щекам. Со взглядом, прытким и резким. С суждениями — рывками, считай невпопад — обо всём. И не только! С милой угловатостью — небольшого росточка я, и почти балетна на общий вид. Хочешь — на руках носи, хочешь — в котомку спрячь. С ароматами, которыми благовестят только рыжеволосые. И голосом, с нотками низкими, без фальцетов и истерик.
Мне хочется, оставив напускную вежливость, дерзать неподъёмное и непривычное. Будто, не натаскалась уже! Но теперь — не по «долгу службы». А от неуёмности характера. От каприза, почти. От странности логики и набора чувств.
Носить чиносы и футболки. И в пир, и в мир. Перебирая гамму — от хаки по мягко-жёлтый, через горько-шоколадный до терракоты, с королевско-синего к киви. Все краски — в гости к нам!
Ловить бесконечный кайф от прогулок, по летнему городу. Быстрым шагом, в комфортных парусиновых балетках. Скоропалительно пиная подолы коттоновых платьев, острыми коленками. Облизывать пломбиры шершавым языком и жмуриться от восторга.
Облачаться к осени в уютные парки, обвязываясь шарфами-кашемирами. А зимой — в коротенькие дублёночки. Шапка с помпоном и варежки с узором.
И быть — не невзрачной. А — без возрастной. Пёрышком — на луче и в потоке. Мурашкой — по тёплой коже возлюбленного. Всплеском давней памяти — от каких времён, и не ясно! Я хочу быть огненным непослушным сполохом — от пяток до макушки. Не отвертишься — и не забудешь.
И нестись по жизни — дополнительным 38-мым. Скорым СВ…»