Знаешь, а я больше не смогу написать тебе «привет». Мне кажется это слово говорят только близким людям. Или тем, кто дорог. Или тем, кто что–то значит в жизни. Тебе не скажу. Не смогу.
Нет, ты не в черном списке, не заблокирован. Ты же знаешь, я всегда отвечу, если ты напишешь. Даже, если поменяешь номер – я все равно узнаю тебя и отвечу. Наверное, потому что чувствую тебя. Нет, вру… Чувствовала. Где–то под лопатками. Спиной. Там, где должны быть крылья.
Знаешь, я почти забыла тот декабрьский день. Совсем не помню, как падал мягкий снег на мои ресницы, я не помню, как потеряла шапку в метро, не помню, как мы спускались по эскалатору, глядя друг другу в глаза и обсуждали дурацкие кармашки на сшитых мной брюках… Почти забыла ее. Такую нелепую рядом с тобой. Я звала тебя. Ждала тебя, а не вас.
Хотя, наверное, все началось намного раньше. Может быть с той самой чужой джинсовой курточки с цветочками в прихожей, или с тех, так нужных мне, не отвеченных звонков. А может быть все принес тот самый проливной дождь в парке. Промочил меня, прогоняя прочь, а я не поняла. Все гнала и гнала велосипед по дорожкам, рассекая пространство на до и после…
У кого–то в архиве наверняка есть мой снимок. В тот день меня многие фотографировали, ловили момент, щелкали затворами, не зная, что по моему лицу бьет вовсе не дождь, а слезы. Удобно прятать их в такую погоду. Люди улыбались, наводили на меня свои объективы: мокрая до нитки девчонка, рассекая лужи, стремится вперед, смеется и лишь прибавляет скорость – такая смелая!
Откуда им было знать, что уже спустя час эта девчонка будет ехать одна в промерзшем троллейбусе, дрожа от холода и рыдая в голос? Почему они должны были думать об этом? Они жили в моменте. Они наслаждались. Равно как и я. Я жила тогда. Пусть непутевую и такую странную жизнь, но именно тогда я впервые думала, что за моей спиной начинают расти крылья, а держать руки для полета может не только руль велосипеда, но и человек.
Прости, я больше не приду. Нельзя, оставлять звонки не отвеченными, а девчонок одних под проливным дождем. Нельзя говорить о дурацких кармашках, когда отпускаешь человека навсегда.
Мои руки уже давно научились расправлять за спиной крылья самостоятельно – я люблю свободный полёт. Спасибо, что научил меня это ценить.
Ты пиши – я всегда прочту.
P.s. Я знаю, что такое письмо без ответа.