– Малыш, знаешь, я никогда не видела никого красивее тебя.
– Разве я, красив? – смущенно отвернул мордашку Тиккри.
– Очень! – Анжле легонько провела лапкой по его щеке, – ты будто светишься изнутри. Я стою рядом и чувствую тепло. Мне от этого так хорошо. Хочется улыбаться. Красоту всегда видишь сердцем, малыш.
Тиккри растерянно посмотрел на кошку:
– Я не специально. Извини.
Анжле громко и от души рассмеялась. Ее очень забавлял этот славный медвежонок, не известно откуда появившийся в ее жизни несколько месяцев назад.
Однажды, она проснулась, а рядом с ней на лужайке, свернувшись калачиком, весь в репье и крошках тихо посапывал он.
Кошка, привыкшая жить сама по себе, сначала шипела и фыркала на нелепого пришельца. Медвежонок ходил за ней по пятам. Анжле останавливалась, чтобы почистить шерстку – мишка садился рядом и тоже начинал приглаживать мех. Кошка выгибала спину – юный последователь тут же повторял прогиб и падал на землю, чем смешил строгую Анжле.
В конце концов, она сдалась и приняла его в свою жизнь. Мишка не помнил кто он и откуда, где его родители и куда он идет. Знал только свое имя – Тиккри. Анжле больше нравилось называть его Малышом. И гладить по щеке. Как сына.
Всю весну и лето прожили они на лужайке в лесу, охотились, смотрели на звезды и пели только им понятные песни. Без слов и музыки, но такие дивные, что убаюкивали сами себя.
Тиккри очень нравилось рассказывать ей о своих снах. А видел он каждую ночь большую воду, нырял в нее и ловил рыбу. Вокруг были величественные ледники, и все было белое. На краю одной из таких льдин стояла, так похожая на него, медведица. Она долго смотрела ему в глаза, потом разворачивалась и …исчезала. Тиккри очень хотелось ее догнать, но всегда просыпался в этот момент. Это делало его самым несчастным мишкой на свете.
Анжле слушала его с любопытством и молча, кивала головой, как бы соглашаясь с рассказчиком.
Медвежонок говорил, что придёт время, и он отправиться на поиски медведицы. В эти моменты что–то больше вселялось в его сердце и наполняло все внутри ярким светом, похожим на огненный шар.
Оно росло и росло, пока однажды не стало таким огромным, что Тиккри больше не мог находиться на лужайке.
В этот день они мало говорили. Анжле все было понятно и без слов. Пора в путь. Тиккри вырос и нужно его отпустить. Она снова погладила лапкой его по щеке и повторила:
– Малыш, я навсегда запомню твою красоту, – невидимые слезинки выкатились из ее глаз, – тебя заждались, Тиккри. Уходи.
Медвежонок кивнул ей на прощание и побежал вперед.
Над головой Тиккри мелькали звезды. Далекие и немые, как песня кошки и медведя, как сны, похожие на бескрайнее небо.
Тиккри знал, что там, на льдине, непременно встретит медведицу из своего сна. Она обязательно его дождется. Кошка никогда не обманывала.