При работе над этой статьёй использованы фотографии и материалы из фондов Музея «КАМАЗа».
Во время строительства «КАМАЗа» многие иностранные фирмы боролись за то, чтобы обеспечить поставки оборудования на новое производство. Шутка ли, закупки осуществлялись на сумму около миллиарда рублей. При тогдашнем официальном курсе 1 рубль был равен 62 центам, так что в пересчёте на американский доллар выходило и того больше.
Среди претендентов на поставку были компании различных стран: американские (Swindell Dressler, Holcroft, Ingersoll-Rand), германские (Busch, Hüller, Liebherr), итальянские (Morando, Fata), шведская Sandvik, японские (Komatsu, Hitachi) и многие другие. Затесалась среди них и французская компания Renault.
В то время между СССР и Францией установились особо дружественные отношения, чем и решили воспользоваться дельцы известной фирмы. Французы уже имели опыт сотрудничества с советскими предприятиями: с их помощью переоборудовались ижевский и московский автозаводы, известные в народе как «ИЖ» и «АЗЛК». Поскольку этот опыт был вполне успешным, решено было привлечь их и к поставкам оборудования на «КАМАЗ».
С «Рено» было заключено соглашение на поставку различного оборудования, сумма соглашения — 1,2 миллиарда франков.
Поскольку далеко не всё оборудование, нужное для заводов «КАМАЗа», производилось компанией «Рено», французы взяли на себя обязательства и по координации поставок других иностранных компаний. Представители «Рено» также участвовали в запуске зарубежных заказов на оборудование всего комплекса «КАМАЗ». И вот здесь начались злоупотребления со стороны французских партнёров.
Как вспоминает, Михаил Мантуров, который в то время занимал должность замначальника цеха ПРЗ (прессово-рамный завод), компания «Рено», которая сама не производила прессового оборудования, пыталась внедрить на «КАМАЗ» оборудование своих партнёров. Это были не автоматические линии, которые не устраивали советскую сторону, наши специалисты настаивали на автоматических линиях. Пользуясь тёплыми отношениями с руководством, представители «Рено» открыто угрожали на переговорах, что пожалуются Председателю СовМин СССР Алексею Косыгину. Что они в итоге и сделали.
После этого Мантурову пришлось написать пояснительную записку по возникшей ситуации, в которой он подробно изложил все обстоятельства произошедшего. После этого вопрос был решён в пользу наших специалистов. Оборудование было поставлено такое, какое и требовалось. А французы в цехах больше не появлялись.