Языки пламени бликовали на седом снегу. Сухой треск пожираемых костром веток эхом разносился по ночному лесу, отражаясь от молчаливых деревьев. Вверху — ни луны, ни звёзд, ни неба. Лишь неощутимый звон чернильной пустоты, исходящей колким алмазным крошевом.
Онемевшие руки, ведомые желанием ощутить тепло, тянутся к огню. Огонь, словно почувствовав, как будто потянулся навстречу, но, через секунду разрушив наваждение, продолжил свою безумную пляску на костях мёртвых деревьев.
Холодно. В этом лесу всегда холодно, всегда темно, а к этой поляне не ведут ничьи следы. Лишь костёр и его молчаливый хранитель не дают окончательно погрузиться этому месту в беспросветную тьму. Зачем?
Они просто ждут. Ждут и верят, что ночь не может длиться вечно. Что когда-нибудь наступит рассвет, а вместе с рассветом — Весна. Весна, что придёт и наконец вызволит их из бесконечного плена пустоты, холода, непроглядного мрака и бесконечного одиночества. И они чувствуют, что этот момент скоро настанет. Надо просто немного потерпеть.
Просто пережить эту чересчур затянувшуюся ночь. Пережить эту затянувшуюся зиму.
