Ей давно требовался отпуск. Не от работы, семьи или обыденности, но от самой себя. От безукоризненно вежливой, рациональной, ответственной женщины, которая сцепив зубы преодолевала обстоятельства, а те, радуясь столь талантливому противнику, придумывали новые изощренные испытания. Шанталь любила эти качества в себе, даже гордилась ими, лелеяла и пестовала.
Такая мудрая, такая глупая. Она решила, что вера в невозможное, детская радость мелочам и легкомысленные дурачества – это её слабость, сейчас не до них. Задвинутые в дальний угол и стыдливо прикрытые ширмой, теперь они умирали и забирали с собой часть её мира. Весьма важную часть. Шанталь чувствовала почти физическую боль, которая ничем не унималась. Как она дошла до такого и что теперь делать?
Семь дней, проведённые на море, не помогли. По правде сказать, Шанталь прекрасно знала, что не помогут. Она была будто утопающий, успевший набрать воздуха, прежде чем снова погрузится в бездну, но знающий, что вскоре всё-равно утонет, просто теперь на один вздох позже.
Ей нужно было в место силы, туда где родилась её душа. По крайней мере, раньше Шанталь верила в это, хотя ей доходчиво объясняли, что «там родилась моя душа» звучит в лучшем случае излишне пафосно, в худшем –чересчур изотерично. Помнится она ещё удивилась, как могут люди жить на одной планете, но в столь разных мирах. В её мире, рождение души за много километров, а может и за много лет от тела, было такой же нормой, как продавец чурчхелы на пляже. Пора снова поверить в собственный мир, иначе она станет тенью самой себя, безликой и безгласной.
Будто в ответ на её мысли, в ленте новостей, которую она бездумно листала вот уже час и не помнила ни одной прочитанной статьи, появился пост. «Розыгрыш тура. 10 дней незабываемого путешествия. Страна замков, вереска и виски ждёт именно вас». Шанталь знала – в таких розыгрышах не выигрывают случайные люди, всё это рекламный ход, но робко позволила самой себе допустить, что это знак.
Если кто из знакомых увидит, что она участвует в таких конкурсах – посмеются о её наивности, но разве это важно? Важнее, чем поверить в чудо, важнее, чем попытаться себя спасти? Пусть смеются, Шанталь сама посмеётся вместе с ними, когда не выиграет. Но сейчас она будет верить в невозможное и творить глупости.
Через месяц и именно в тот день, когда Шанталь напрочь забыла о розыгрыше, ей пришло сообщение, что она выиграла. Разговоры с представителями, оформление документов, сбор чемоданов. Каждый момент она ждала подвоха, ждала – сейчас ей скажут, что это шутка, посмеются над её глупостью. Даже в самолете она не верила в происходящие. Но как только самолет коснулся земли она пообещала себе больше верить, чем не доверять, больше чувствовать, чем анализировать. Слишком много она положила на одну из чаш весов – пора восстанавливать равновесие.
Стоило выйти в город и ветер набросился на неё будто старый друг. Обнял, потрепал по макушке, утопил в запахах океана, мокрой травы и цветущего вереска. Неожиданные запахи, когда вокруг лишь булыжник дорог и каменные здания, но именно эти запахи заставили Шанталь поверить – она дома. Боль в груди впервые за несколько лет пропала и Шанталь могла поклясться, что эта боль превратилась в один из булыжников мостовой.
Конечно у неё был план. Четко составленый, расписанный по пунктам. Она пересмотрела кучу видео и прочитала миллион статей, выбрала всё лучшее, что надо посетить. Цена, качество, удобство. Шанталь подарила этот список ветру, вместе со срезанной прядью золотых волос. Небольшой подарок за тёплую встречу. Кажется он остался доволен.
Решила сесть на первый попавшийся автобус, но почему-то вытянула руку, ловя автостоп. Интересно, здесь вообще так принято? Размышлять не нарушает ли она какие-либо нормы ей долго не дали. Маленький ярко-оранжевый форд, вызывающе прекрасный на фоне серого камня и серого неба, остановился прямо перед ней.
– Highlands? – спросила маленькая женщина за рулем, её кудрявые рыжие волосы и изумрудные глаза невольно наталкивали на мысли о волшебных фэйри. Чтож, Шанталь была готова уйти волшебными тропами, если это потребуется.
Всю дорогу новая знакомая рассказывала Шанталь местные легенды, сказки или просто сплетни. Из-за её акцента и из-за собственной дремучести Шанталь не понимала и половины, но додумывать было даже веселей. Периодически они останавливались размять ноги или полюбоваться видом. Конечно, её рыжая водитель, имя которой напоминало ручеек мелких камней падающих с груди древней скалы в море, но которое Шанталь так и не смогла выговорить, видела все эти красоты сотню раз, но казалось восторгается ничуть не меньше, чем сама Шанталь.
– Я люблю эти горы, озера и небо своими глазами, как можно не любить, но сейчас смотрю сквозь твои и в меня заглядывает солнце, оттого я люблю всё это ещё больше, – так объяснила её спутница, если Шанталь правильно поняла, а после затянула в какой-то паб где заставила выпить «лучший виски во всём мире», который показался Шанталь абсолютной гадостью, но на закуску полагался куплет песни на гэльском от бармена. Ради такой закуски было решено выпить ещё пару порций и, кажется, с каждым разом вкус напитка улучшался, а бармен становился всё привлекательней. К счастью, рыжая фея увела её вовремя.
И всё же на одной из остановок Шанталь попросила не сопровождать её. Они проезжали мимо полуразрушенной часовни, когда что-то дернуло её, будто струна привязанная к сердцу. Это было правильное место.
Она подошла к часовне по высокой, влажной после легкого дождя траве, но внутрь заходить не стала. Села на колени перед одной из старых могил, закрыла глаза, глубоко зарылась пальцами в траву. Шанталь не собиралась молиться. Её молитвы никто не слышит, это она знала точно. Не собиралась и благодарить. Она просто хотела стать частью этого места. Прочувствовать его всем своим существом. Шанталь не думала ни о чём, по крайней мере не словами. Образы, эмоции, ощущения. Она отдавала их и впитывала. Сроднилась с этой землей, вросла в неё душой и обретала силы благодаря ей.
Ветер, не тот, что встретил её в городе, а другой – старше, суровей и мудрей, кружил вокруг, будто оберегая её покой. Луч закатного солнца пробился через тучи, проник сквозь переплетения высокого каменного кельтского креста и лёг Шанталь на лицо. В этот миг волосы её вспыхнули алым, будто пламя, удобная футболка и брюки сменились старинным платьем, богато украшенным вышитыми цветами чертополоха и листьями клевера. Мягко, едва тревожа траву подошла её спутница.
– Пойдем, сестра, я покажу тебе наш мир, – сейчас Шанталь понимала каждое её слово без всяких усилий.
– А как же машина, так и бросим её на дороге?
– С ней ничего не случится. Если понадобится, мы вернемся в этот же миг. Ты проживешь в холмах сколько захочешь, а здесь не пройдёт и секунды. Лучший отпуск на свете, не так ли, Шанталь из Холмов Осенней Охры?
