Выяснив, что только один ТУ-134 летит в нашу сторону, мы пристроились в конец длинной очереди. Но, не доходя до нас несколько человек, лётчики прекратили посадку: мотивируя тем, что уже нет мест. Мы окружили командира экипажа и стали его горячо уговаривать. После некоторого колебания, он запустил ещё несколько человек и на бетоне осталась только наша группа.
- Всё, ребята, даже не уговаривайте. На борту и так 113 человек. Больше никого не возьмём. - Категорично заявил командир.
Я выдвинулся вперёд и сделал последнюю попытку уговорить лётчиков: - Товарищ командир, мы вон на вертолёте МИ-26 сейчас прилетели, так там сто пятьдесят шесть человек летело. Неужели вы не можете к себе ещё 12 человек взять?
Лётчики весело рассмеялись: - Товарищ майор, вот этот сарай, или как вы его армейцы называете "Корова", имеет право подняться в воздух, если у него на борту минимум семь тонн. Вот и посчитайте, сколько человек там в момент только взлёта должно быть.
С грустью мы проводили взглядом улетевший самолёт и почти уже смирились с ночёвкой в не отапливаемой и сырой палатке пересыльного лагеря на аэродроме. Но в этот момент приземлился ИЛ-76, который выгрузил груз и отряд ментов.
- Да, ребята, через полчаса вылетаем обратно в Москву. Садитесь, какие проблемы.
Через полчаса самолёт был забит под завязку военнослужащими и взял курс на Москву.
Уши сильно заложило, сигнализируя, что самолёт начал снижение, а через тридцать минут мы уже катили по рулёжным дорожкам аэродрома к освещенным ярким огнями зданиям. Задняя аппарель открылась, и толпа ринулась на выход. Так как мы сидели почти у кабины пилотов, то нам пришлось немного подождать, пережидая неизбежную толкучку при высадке. Случайно разговорившись с лётчиком, с удивлением узнал, что это не конечный пункт прибытия, а высадив людей, они продолжат свой полёт в Нижний Новгород и они не против, если мы с ними долетим до конца. Я схватил за руку подполковника Богатова, который подхватив свои вещи, направился на выход: - Товарищ подполковник, полетели дальше.
Но Богатов и малознакомый офицер штаба упёрлись и решили ехать из Москвы поездом. Оставив меня старшим группы, офицеры вышли из самолёта и направились к зданиям. А мы через час были в Нижнем Новгороде, тем самым сэкономив массу времени. Мы уже в Нижнем, а Богатов ещё, наверно, и до вокзала не добрался. Лётчики подвезли нас до здания аэропорта и тепло распрощались. Было уже около двенадцати часов ночи, а судя по расписанию поездов, у которого мы столпились, наш поезд отойдёт от вокзала через три часа - то есть успеваем переехать на вокзал. Посовещавшись, мы приняли решение звонить в комендатуру, чтобы те прислали за нами дежурную машину.
По телефону связался с дежурным помощником коменданта города, представился и объяснил ситуацию: группа офицеров едет на несколько дней из Чечни в отпуск, среди нас есть легкораненые, что было недалеко от истины. (Вокруг меня слонялся Коля Бородуля и нянчил перевязанную руку. Наркоз отошёл, и рука сильно болела, также он нуждался и в смене повязки) Попросил прислать за нами дежурную машину для переезда на железнодорожный вокзал.
Возникла небольшая пауза, в течении которой дежурный помощник обдумывал ответ: - Товарищ майор, выслать машину за вами не могу, на сутки работы дежурной машины выдано только 34 литра бензина. Добирайтесь своим ходом.
- Товарищ капитан, нам 34 литра бензина хватит, чтобы перебраться на железнодорожный вокзал, - я добавил командирские нотки в голос, - так что давайте, без лишних споров высылайте на аэропорт машину.
- Товарищ майор, - послышался в телефонной трубке голос дежурного, в который он также добавил металла, - Вы, наверно, не поняли, что 34 литра бензина мне дали на сутки. Я подчёркиваю - на сутки, для того чтобы дежурная машина могла выехать для обеспечения служебной деятельности комендатуры и дежурных смен, несущих комендантскую службу.
- Послушай, капитан, - я уже не скрывал своего раздражения, - меня не интересует где ты потом возьмёшь бензин. Если ты хочешь, я могу тебя научить, как добыть в городе бензин.... Ах, тебя учить не надо. Хорошо. Так выполняй свои служебные обязанности, в которые входят приём и отправка команд. А я старший команды военнослужащих, и не простых, а людей, которые знают, что такое смерть. - Дежурный помощник попробовал мне опять возразить, но я уже повысил голос и к металлу добавилась уже и злость, - Ты, тыловая крыса, сидишь в тепле: наверно, рядом лампа с абажурчиком, чтобы глаза не слепило и чайком балуешься. А у меня по ночам глаза на лоб вылезают, когда я пялюсь каждую ночь на передке в темноту. Значит так, если ты в течении часа не пришлёшь за нами машину, и мы опоздаем на поезд, жди нас в гости рано утром. Мы твою комендатуру по кирпичикам раскатаем. Что самое интересное - ничего нам за это не будет. Понял? Мы ждём машину.
Я с треском опустил телефонную трубку на аппарат и огляделся. Вокруг меня стояли мои товарищи и с удивлением смотрели на меня.
- Боря, а с кем ты так разговаривал?
- А...., с дежурным помощником военного коменданта. Блин, не сдержался: теперь он хрен машину пришлёт.
Бородуля убаюкивая раненую руку, засмеялся: - Ну ты, Боря, и орал. Тут чёрные недалеко крутились, так они сразу же слиняли, да и остальной народ разбежался.
Действительно, зал и так был полупустой, но теперь только на противоположной стороне виднелся дежурный милиционер, который помахивал резиновой дубинкой и изо всех сил делал вид, что он в зале один и он нас не видит. Я ещё раз посмотрел на мента и принял новое решение.
- Будем выбираться отсюда самостоятельно, пошли к ментам.
В обшарпанном и вонючем помещении милицейской дежурки находились два милиционера, которые плотоядно хихикали и суетились вокруг девушек явно лёгкого поведения, ведя извечную игру между женщиной и мужчиной. Девчонки были хорошо поддатые, со смаком смолили сигареты и с удовольствием принимали знаки плотского внимания. Дальше всё бы развивалось по избитому сюжету и утром менты с удовольствием смаковали разные подробности маленького, но весёлого приключения перед новой сменой. Наше появление слегка нарушили ход событий и милиционеры, возмущённые бесцеремонным вторжением на их территорию, попытались выдворить нас из помещения, но получили жёсткий отпор, после чего мы попросили отвезти нас на вокзал. Блюстители порядка быстро оправились от замешательства.
- Товарищи военные, нет бензина. Выдают на дежурство по чуть-чуть, а так бы помогли. - Усмехаясь, заверил нас старший.
Его усмешка заставила меня в очередной раз вспыхнуть: - Ты чего, сержант, усмехаешься? Я ещё и часа не нахожусь в России, а мне тут пытаются впарить, что я не в самой богатой нефтью стране нахожусь. Иди и показывай мне датчик бензина. Если соврал - пожалеешь.
При других обстоятельствах, мне бы менты не простили того тона, с которым я с ними общался, но здесь было явное численное преимущество на нашей стороне, и вид наш говорил - лучше не связываться. Поэтому сержант послушно побежал из помещения к машине, где включил зажигание и показал действительное отсутствие бензина в баке.
- Вот, товарищ майор, нам говорят, что всё горючее уходит к вам - в Чечню.
Мы вывалили обратно на улицу и решили скинуться деньгами и вообще разобраться - что мы имеем. Оказалось, что имеем очень мало. К нам, было подкатили местные и предложили перекинуть на вокзал за двести рублей с человека. Но мы их вынуждены были отфутболить: даже если бы и по сто рублей - мы всё-таки не тянули. А ведь надо ещё билеты покупать на что-то.
Через несколько минут к нам подскочил и лихо затормозил невзрачный "Москвич-412", из него вылез такой же невидный мужичок и парнишка лет пятнадцати.
- Ребята, вы что с Чечни?
- Да, а что такое?
- Да я в Афгане воевал, знаю, что это такое за война, поэтому и вас уважаю. Давайте я вас в два рейса перекину на вокзал.
- Спасибо, мужик, но мы не тянем по деньгам.
- Да дайте мне до конца рассказать. Я по ночам здесь с сыном "бомблю", цены эти жлобские знаю. Я вас так перекину, а, чтобы у меня хоть какая-то выгода была, возьму с вас по 25 рублей с человека. Как предложение?
Да, это было уже нормальное деловое предложение. Первой партией мы отправили Николая Бородулю, чтобы он на вокзале до нашего приезда перевязал в медпункте руку и сделал обезболивающий укол, а я с оставшимися остался ждать второго рейса. Но в одиночестве мы были немного. К нам подошёл молодой человек и спросил - с какого мы полка.
- С 324 го. А что? - Настороженно ответили мы.
- Да ваш товарищ, с перевязанной рукой, приезжал к нам в полк, а я старший лейтенант Часов с 511 полка - ваш сосед слева. Я месяц назад был ранен и только позавчера приехал из госпиталя, сейчас здесь встречаю брата, должен прилететь. Пойдёмте в бар посидим, я угощаю.
В баре старший лейтенант заказал пару бутылок коньяка, лёгкой закуски. И час до возвращения "Москвича", прошёл в оживлённой беседе. Мы тепло распрощались с офицером, за полчаса промчались по тёмным улицам Нижнего Новгорода и у багажного отделения воссоединились с первой группой, щедро рассчитались с водителем и ещё дали ему новенький камуфлированный костюм, чему он был особо рад.