Для проезжающих на поезде Братск начинается с запаха. Забыть его невозможно. Для проезжающих на автомобиле — с дороги. Многие иногородние знакомые говаривали: есть, например, Тюмень, там едешь гладко, потом есть Россия, по ней просто едешь, а есть Иркутская область и конкретно Братск, тут уже не едешь, а просчитываешь предстоящий ремонт машины.
Лет 10 назад мы с мужем говорили, что странно переезжать из Братска, ведь здесь дешевое электричество и вода, которую можно пить! Это были самые главные плюсы для нас. Ну да, воняет. А что, где-то не воняет? Не заводами, так автомобильными выхлопами.
Рассуждали мы так и в порядке вещей водили тогда еще единственную дочь к неврологу с разными жалобами. Потом у мужа начались проблемы со здоровьем. Кости, зубы (да и мои порушились тоже), суставы, сухожилия. Наследственность, какая-нибудь, думали мы. В башке не шевелилось. А зачем, тут же электричество дешевое и вода чистая.
Через 7 лет родилась вторая дочь. И снова невролог. Только теперь уже серьезнее. Месяц заняло, чтобы сделать одну единственную ЭЭГ и дождаться его описания. Итог: мы не можем поставить диагноз, катитесь в Иркутск. За свой счет, разумеется. Мы к тому времени в ожидании третьего ребенка с недели на неделю. Но сели и поехали, потому что теперь было страшно.
Диагноз поставил иркутский невролог и нейрохирург Александров, его лечение облегчило состояние дочки. С тех пор прошло почти 2,5 года, дочь выросла из назначенной дозировки, но наша местная невролог не меняет ее. Это к слову о местной медицине. Тут начинает доходить до родителей, что двое ребятишек с проблемами по неврологии — это неспроста.
История с третьим ребенком, нашим сыном, заставила паковать чемоданы. Ему было 20 дней, и это выпало на новогодние праздники. Он просто стал странно дышать. Скорая ехала 2 часа (с 8 до 10 вечера). В приемном покое мы прождали доктора еще 2 часа, и к полуночи доктор осмотрела сына. Он к тому времени стал дышать реже. Доктор пожала плечами, мол, хрипов не слышу, но раз уж вы приехали, сделаем снимок и ложитесь пока в палату, утром посмотрим. Температура не сбивалась, а снимок легких врач решила посмотреть утром. В 4 часа сынок перестал дышать на моих руках. Он пытался, но не мог. Чтобы попасть в реанимационное отделение нужно выбежать из одного крыла и на лифте подняться на самый верхний этаж. Там 4 дня спасали. Благодарна нашим реаниматологам! Пневмония. У 20-дневного ребенка, который нигде не был и не простывал. Просто дышал братским воздухом.
Наш сын оказался сильным. Его сосед по реанимации — нет. Мальчик был старше всего на несколько дней. Через два месяца я пришла на его похороны, он скончался от возникших после пневмонии осложнений.
И это не единственный случай смерти от легочных заболеваний. Я где-то видела статистику, это было несколько источников разных лет. Точных цифр не скажу, но рост легочных болезней, болезней эндокринной системы, онкологии особенно детской, снижение имунных функций настолько ошарашили нас с мужем, что вопрос о переезде был решен в одночасье.
Что же касается продолжения истории с сыном, то через 3 месяца повторная пневмония снова отправила нас в больницу. И еще через 4 месяца бронхит. И так стало обычным явлением лежать в больнице каждые несколько месяцев с легочными болезнями. Зав. инфекционным отделением нам посоветовала уезжать, как окрепнет сынок.
Так мы и делаем. Сейчас наш путь лежит в экологически чистый край. Пусть электричество и дороже, но жизнь и здоровье и свое и детей гораздо важнее.
К климату претензий нет. Обычный резко-континентальный.
Леса много? Нет. Далеко от города леса горят, и дым душит нас каждое лето. Да, пытаются спихнуть вину на бомжей и отдыхающих, уходящих за сотни км, чтобы пожарить шашлыков и не потушить костер. А те лесочки, что у самого города, только со стороны выглядят зелеными и красивыми. На деле же они полны мусора, лишь подойди поближе.
Власть с успехом отмывает деньги и кормится городом. Владельцы промышленный предприятий выдаивают все до капли, взамен травя нас выбросами и кидая подачки в виде парка металлургов с проваливающимся асфальтом, или вкладываются, так сказать, в улучшение городской среды, выделяя деньги собственному же яхтклубу.
Программа переселения из ветхого и аварийного жилья была сорвана мэром несколько раз. И все же он теперь переизбран. Как? Говорят, цена голоса была 500р. Говорят те, кто эти 500р взял. Хотя ходили слухи и о 2000р, но лично мне никто так и не подтвердил эту цифру.
Много людей за 2018-19 гг переехало из деревень. И город духом своим словно откатился назад в 90-е. В. Мутко летом посетил Братск и отметил, что город выглядит так, будто в нем нет хозяина.
Из новых построек появляются лишь торговые центры. А, и пивнушки открываются постоянно и много. Братск бухает. Из сетевых магазинов более менее держит уровень Лента. А в Слате, например, убирают с полок большую часть акционной продукции.
По поводу выгодного речного и воздушного расположения Братска, больше похоже на шутку. Речное дело не развито совсем. А самолетом улететь в какой-то крупный город... кроме Москвы, конечно... в Москву-то легко.
На ЖД-сообщение жаловаться не приходится. Для моих давних поездок в далекие и близкие города его хватало.
Главный вывод, который мы сделали из своего тяжелого опыта, местный воздух действительно губителен. Лучшее, что мы могли сделать для семьи, это уехать раньше.
Кстати, популярный метод решения экологических проблем — поднятие норм предельно допустимых концетраций вредных веществ в воздухе. При стабильно повышающихся мощностях растет и количество выбросов (но не защита от них, как показывает вонь и смог). А раз выросли показатели и падать они точно не будут, то проще всего сказать, что теперь норма содержания чего-нибудь не 2, как было раньше, а 10. Все, вопрос решен. ПДК не превышена, отчет в норме.