Нашей семье пятнадцать лет. У нас четверо детей, четыре девочки. Девять месяцев, 4, 6 и 14 лет.
В тот день мы опять поссорились с мужем из-за пустяка. Ребенок раскрасил обои, на самом видном месте, и это очень меня раздражало.
Мне хотелось, чтобы он сделал все сам. Злилась. И постоянно напоминала ему об этом. Муж сказал мне:
– Давай поедем вместе. Какие обои тебе понравятся, такие и возьмем.
А я носилась по дому в поисках детских кофточек, штанишек, жалела себя, всех обвиняла и вспоминала свою беспечную свободную молодость. Без мрачного быта и испорченных обоев.
– Если я ещё и ремонтом буду заниматься, зачем мне нужен муж, – в сердцах «кинула» я. Олег молча вышел за дверь.
К вечеру он пришёл с работы и прилёг на кровать:
– Что-то я приболел...
Тридцать семь и шесть, слабость, першение в горле...
Я ворчу про себя: на мне дети, дом, поболеть никогда не могу...
– Тридцать семь и шесть, а он уже умирает.
Тридцать восемь... Тридцать восемь и пять... Олег все время просит пить.
Ночью не сплю, плачет малышка, наверное режутся зубы. Жалко себя, завидно, что муж «отдыхает» , и припоминаю, как обижалась, когда он говорил то... Или это... И вообще, ему хорошо, он всегда на работе. А, я несчастная, хоть разорвись. И эти разрисованные обои. А у Таньки вон евроремонт. Никитины в Турции. Бедная я, бедная...
Утром у мужа больше тридцати девяти . На шее вылезла шишка.
Вызвали врача, выписала рецепт. Два дня пьёт, но становится все хуже.
Вызвали скорую, увезли в стационар.
Дети смотрят со страхом:
– У папы все будет хорошо?
– Конечно, все будет хорошо .
Мне не до обоев. . Я растеряна, мне страшно, я плачу.
– Господи! Помоги! Пусть он выздоровеет! Я не смогу без него, я его очень люблю!
Потом начался кошмар.
Анализы, капельницы, пилюли, бесконечные обследования...
Но Олегу хуже...
Я все время с ним. За детьми по очереди смотрят подруги. Но большую ношу взвалила на себя старшая дочь. Этот четырнадцатилетний ребёнок, она стала моей поддержкой, прикрывала меня по всем фронтам.
– Мама, будь с папой, я со всем справлюсь, не беспокойся.
Были дни, когда казалось, что он умирает.
– Только не покидай меня, – говорила я. – Я тебя люблю!
Онкология... Меня как будто придавило. Нет, только не это! Это не с нами!
Нужно взять себя в руки. Поехать домой, к детям... Нет, сначала к Матроне.
– Муж? – Спрашивает меня послушница .
– Да.
– Все будет хорошо, вот увидишь, Матронушка поможет.
Я плачу, уткнувшись в икону. Смотрю в закрытые глаза Матронушки и мне кажется, что она плачет вместе со мной.
Я молюсь, прошу прощения, обвиняю себя, вижу все свои ошибки, нехорошие дела, даю обещание перед Богом исправиться. Лишь бы муж выздоровел...
Передо мной синее море. Кипарисы, яркие цветы, солнце. Мы с мужем идём купаться. Красивый, подтянутый. Заходит в море. Плывет дальше, дальше... Его уже не видно.
– Олег! – Зову я. – Олег!
Его не видно. Набежали тучи. Волны стали большими.
– Женщина, женщина! Вам плохо? Вы так кричали.
Я уснула и проехала свою остановку.
На стуле его одежда. Меня всегда раздражали эти его рубашки на стуле. Беру, прижимаю к лицу. Его запах. Такой родной. Хотела повесить в шкаф. Нет, пусть будет здесь. Как будто он никуда не уходил.
Дежурю после операции и больше всего боюсь, что он не проснётся.
– Температура немного спала. Слава Богу!
А потом опять стала подниматься.
Врач посоветовал поменять лекарство. Оно дорогое, его надо приобретать самим, только по рецепту.
Вечером я уже в больнице с этим лекарством. Как я его взяла без рецепта – не важно.
Каждый день я молилась за здравие Олега. Когда была возможность вырваться, бегала в церковь.
Весь этот период – слезы, страх, надежда, отчаяние, вера. Все остальное как в тумане.
Позвонил муж. Тридцать восемь и два... Я готова расцеловать эти цифры.
Тридцать семь и три...
Тридцать шесть и восемь....
Ожидание каждого результата – десять лет жизни. Наконец он дома.
Что помогло? Чудо-лекарство? Молитва? Святитель Спиридон? Матронушка?
Думаю, я только сейчас поняла, что такое «да будут двое в плоть едину».
Это когда ссоришься, нервничаешь, обижаешься и обижаешь, порой хочется убить эту свою «зловредную» половину, но когда происходит такое – тебя как будто разрывает надвое. Просто отрывают кусок. И тогда не станет и тебя. Потому что вы – одно целое. Все, что с ним – это и с тобой тоже. Без него тебя нет. Без него вообще ничего нет! Какой ремонт! Какие обиды! Любимый, самый лучший, только будь жив!!!
Проклинаешь себя за то, что все не так, все не нравилось, мало любила, не говорила, что он лучший.
Никогда! Ни в коем случае так не поступайте! Говорите: «Люблю!» пока не стало поздно. Словом можно убить и словом можно сотворить чудо.
Ссоры, обиды, старые обои – это все пустяки. Это все можно исправить. Вообще ВСЕ на свете можно исправить. НЕЛЬЗЯ ИСПРАВИТЬ ТОЛЬКО СМЕРТЬ...