Пока новый фильм Ивана Атталя еще неделю будет добираться до российского проката, публикую свои размышления на тему, чтобы не хвататься за голову, когда время придет и, может, сподвигнуть кого-нибудь из своих друзей поставить напоминание в календаре о релизе, или более того - взять и сгонять на него (в кино с 27 февраля).
Во-первых, лучшего названия я в жизни не встречала. Во-вторых, надо сказать, что это экранизация одноименного романа Джона Фанте, вышедшего еще в 80-х, который я благополучно не читала, и одновременно продолжение кино-вариаций Атталя на тему типичной first world problem современного интеллигента - экзистенциальном кризисе (сюда примыкают «Моя жена-актриса» и «Они поженились, и у них было много детей»). Это тот случай, когда «как корабль назовешь, так он и поплывет», нейминг - просто чума-вечеринка, сам фильм - еще лучше.
Есть немолодой писатель (сам Иван Атталь), однажды имевший успех, когда трава была зеленее; его жена (настоящая жена Атталя - Шарлотта Генсбур), положившая амбиции на высокую полку, до которой уже не дотянуться, ради четверых детей (среди них сумасшедшим образом красивый реальный сын актеров - Бен Атталь). Все, что жизнь подарила главному герою - дом на берегу океана и большую семью, он считает проклятием, мешающим ему заново сотворить литературный шедевр, отчего и лелеет в своей голове мысль «здорово было бы от всего этого избавиться». К счастью, это не голливудское подростковое кино, где ты захотел, проснулся утром и Опа! Из 13 в 30! Однако, реальность иногда прислушивается к простым людям, или эти простые люди прислушиваются к себе, подгребая реальность к своим желаниям - я пока точно не знаю, как работает мироздание, но наш герой действительно начинает сбрасывать «балласт», который может и не «балласт» вовсе.
Триггером к новой старой жизни - той, когда без всяких обязательств и вообще гуляешь по солнечному Риму после учебы, становится случайно заблудшая в сад ненавистного дома собака. Огромная, слюнявая и с мясистыми складками псина, не скрывающая своей нетрадиционной сексуальной ориентации и желающая иметь красивых мужчин здесь и сейчас, не собирается покидать семью главных героев и под ссоры, бокалы вина и транквилизаторы хозяйки - остается. Нареченный Идиотом из-за своей очаровательной и обезоруживающей болванности пес открывает что-то долгое время наглухо запертое в персонаже Атталя и провоцирует ряд ситуаций разной приятности: от разборок с враждебным соседским доберманом до тюремного срока одного из сыновей. Но главное: вместе с собакеном на экран приходит острая и трогательная комедия с громким зрительским смехом и теплыми слезами.
«Моя собака Идиот» приходит как лучик честного солнца в период господина Февраля. Бросая пыль в глаза отсутствием претенциозности, фильм за полтора часа быстренько раскладывает пасьянс твоего личного кризиса и на выходе из зала перетасовывает карточки, чтобы он миновал. Для меня это был очень ценный разговор об одиночестве, которое я восхваляю лишь потому, что в нем живу; о семейных взаимоотношениях, при которых дети не являются частью или тем более продолжателями родителей, они совершенно другие, разные и имеют право общаться на уровне просто взрослых людей без скидки на «я тебя породил, растил и ты должен мне звонить каждый день»; потребность в общении с кровными родственниками есть не всегда - ничего не поделать, если вы не близки: благодарность - да, обязательность - not really. Но самое главное успокоение, которое я получила - это отсутствие Рима, в который хочется вернуться. Главный герой весь фильм ненавидит Париж и горюет об ушедших днях, куда ведут любые избранные дороги. В силу своей молодости (наверное) меня не манит ни один прожитый период, хотя некоторые из них были чудными и сто процентов неповторимыми. Поэтому я максимально редко использую глагол «скучать» по назначению - он существует как смайлик в обычной переписке, но чтобы взаправду думать о возвращении к чему-то как можно скорее - не моя история. Нехватка конкретных вещей в настоящем - разумеется, но не тех, с которыми я играла и не выигрывала. Возможно, мой Рим, по которому я буду ностальгировать, только строится, но сегодня, вопреки антипатии персонажа Атталя к Парижу - смотрю исключительно в ту сторону: на Годара, Гарреля, Годара в исполнении Гарреля.. и как первый отказался оценить фильм про себя со вторым в главной роли под предлогом «обращаться к прошлому - совершенно глупая идея», так и я делаю, что должна и будь, что будет.
P.S. Абсолютно не ожидала налета пафоса в заметке об очень милом фильме с большим собакеном, абсолютно светлом и очищающем, но слова сложились так. Возможно, надела какую-то маску и сижу. Возможно, перепишу.