Под утро дождь закончился. Я смотрел в окно, когда мой гость принес мне стакан. Вместо виски, в нём была вода.
- Надеюсь, не забыл, как это делается? – спросил гость.
От этого вопроса почему-то мне стало тепло. Мы улыбались. Привычным движением я поднял стакан, предлагая выпить. На пробу вино оказалось первоклассным.
- Ты говорил, что печали быстрее тонут в виски.
- А ты – что сделал человека по своему образу и подобию, но за эту вечность я ни разу не видел тебя в таком состоянии, - гость кивнул в сторону Фомы.
Мужчину от мертвеца отличал только раскатистый храп. Удивляться было особо нечему. Мы пили всю ночь, а бутылка виски была пуста только наполовину. Если лепрекон и обманул с возрастом напитка, то вдоволь компенсировал этот недостаток непустеющей бутылкой. Это удачно совпало с принципом Фомы: не оставлять остатки на дне. Принципы потонули в виски лучше печалей. Проснуться раньше обеда Фоме не грозило.
- Он – бригадир. Несёт персональную ответственность за снос, - сказал мой гость.
- Ты его поэтому и напоил? – спросил я, - Даёшь мне еще один шанс?
- Я пытаюсь вразумить тебя! – вспылил гость, - Посмотри на него. Ему осталось года 3. Ни детей, ни наследия. Дом и тот в залоге. Его жена ненавидит. Поверь, была бы мне нужна эта блоха, и жена продала бы мне его за бесценок.
- Я дал им право самим распоряжаться своими жизнями…
- И они изгнали тебя из неё! – Одним движением гость сбросил погасшие свечи на пол, - Думаешь, я не знаю, почему ты сидишь здесь? Тебе больше нет места в их сердцах. Скажи, сколько ты не слышал молитв? Лет 40? Тебя забыли, а ты молчал. Они по одному сносили твои храмы, а ты молчал. Они жгли иконы и разбивали фрески, а ты молчал. Фома проспится, и они снесут и этот храм. На его месте построят торговый центр. Ты и сейчас промолчишь?
- Разве ты не об этом мечтал? Подогревал их алчность, разжигал в душе ненависть, заглушал совесть. Теперь они окончательно грешны, ты оказался прав. Чем же тогда так недоволен?
Между нами повисла тишина. Я увидел горечь в глазах своего гостя. Он будто спрашивал меня, почему я снова виню его в своих бедах. Он не спросил, но я почувствовал его отчаяние. Я хотел сказать что-то еще, но гость отвернулся, взял с алтаря перчатки и бутылку виски и пошёл к выходу.
- Ты всегда слепо любил своё творение, - сказал он, остановившись у врат, - готов был защищать его от всех и вся, а защищать надо было тебя.
- Почему же ты не защищал?
- Защищал, но ты как всегда этого не заметил.
Гость повернулся, театрально поклонился и ушёл. Потом ушёл и Фома. Его мучило похмелье, и он с трудом вспомнил, как оказался в храме. Строители и правда не пришли в назначенный час. У меня был еще один день в запасе.
Я убирался у алтаря, когда нашёл его визитку. «Компания Фозе. Помощь в трудной жизненной ситуации». Так он видел своё предназначение. Но я поступал с ним не так. Мы поделили стороны жизни, поссорились из-за моего тщеславия и решили, что никогда не вернемся к былой жизни. Теперь я был в трудной жизненной ситуации.
Я смотрю на эту визитку в своём последнем доме. Мне некуда идти. Мой главный враг стал моим последним другом. Скажите, святой отец, когда же я ошибся?
Спасибо, что были с нами
Простите, святой отец. Часть 1
Простите, святой отец. Часть 2
Простите, святой отец. Часть 3
Простите, святой отец. Часть 4
Подписывайтесь на канал. Оставляйте комментарии.