Конституция лежала на операционном столе. Над ней склонились специалисты в хирургических масках.
— Ну-с, господа, какие будут предложения?
— Как — какие? Всё в соответствии с пожеланиями заказчика. Для начала радикальную липосакцию проведём, лишнее международное право давно пора удалить. Всё-таки двадцать первый век на дворе, у приличных людей оно уже не в моде... С этим, думаю, никто спорить не будет?
— Вот с этой стороны губернаторскую линию усилим, пусть контур чёткость обретёт.
— Тут неплохо бы золотую нить Бога проложить, силуэт сразу подтянется.
— Здесь национальность загладим, подкачаем русскости, чтоб ровненько стало.
— Семейных ценностей для инъекций не жалейте!
— А культура? Культуры бы впрыснуть, она благородства облику добавит...
— Культуру потом мейкапом наверстают, заказчику это не принципиально.
— Главное, чтобы питание послеоперационное было правильным. Чтоб продукты исключительно местного производства, или с 25-летней санацией.
— Нет, господа. Главное в выписке письменно зафиксировать, что без минимального прожиточного уровня организм будет давать сбои.
— Позвольте, господа! А недра? Недра будем регулировать?!
— Нет, внутренностей сказали не касаться, во внутренностях увязнуть можно. Там катетер офшорный, его нельзя трогать. Недра другая бригада прокачивает, не из нашей клиники.
— Что ж, господа, начнём, помолясь. Только аккуратно, прошу вас, всё-таки эталонную мерку делаем...
— Да не волнуйтесь вы так! Подлатаем, подчиним, подмакияжим, в красный угол поставим. Если не шатать, ещё сто лет простоит!
