Вверху синеет небосвод. И грузно мы идем на взлет. И над торцом* в упор заламываем крен. Скорость отчаянно мала. Жара. Расплавлена смола. И в крылья воздух бьется, зноем возбуждён Как щепку, самолет крутя, Шайтаном вертится струя И рог штурвала вырывается из рук. Нам курс подрезал вертолет, Но "Ариана"** в лоб плывет, И лицезреть земных красот здесь недосуг. Верчу юлою головой. В наушниках гвалт, треск и вой. К спине прилип комбинезон и парашют. Внизу светлеет полоса. Прохладой манят небеса. Мы между ними: то ль столкнут, то ли собьют. Как ас, в бою неустрашим, Предельный берегу режим, А наш радист творит за нами фейерверк. Мол: если "дух" "Редай"**** метнет За фейерверком тот пойдет. И с "Демократа " нас заметить сможет клерк. Так крутимся, который год. Нам чеки платят за полет И говорят, что наша помощь им нужна. Они зовут нас "шурави», ***** Но нашей не щадят крови. В такой я помощи не вижу ни рожна. Я не боюсь в жа