8 апреля (21 апреля по новому стилю) 1866 года на петербургском Монетном дворе в единственном экземпялре была отпечатана золотая медаль. Она была изготовлена специально, чтобы наградить одного человека – Осипа Ивановича Комиссарова, который четырьмя днями ранее спас жизнь Александру II.
В тот день на набережной Невы у Летнего сада произошло первое покушение на императора, открывшее настоящую охоту на него, развернутую затем террористами-революционерами. Человеком, покушавшимся на жизнь царя, оказался 25-летний Дмитрий Каракозов. Он окончил Пензенскую мужскую гимназию (в Пензе до сих пор, с советских времен, есть улица, названная в честь Каракозова), затем учился в Казанском и Московском университетах. Был исключен за неуплату. Одно время жил в деревне у родных, а также работал письмоводителем при мировом судье Сердобского уезда.
За год до нападения на царя Каракозов вступил в тайное революционное общество. Его воспламенила идея, что убийство царя может пробудить народ к социальной революции. Об этом он писал в рукописной прокламации «Друзьям-рабочим», призывая к установлению социалистического строя после цареубийства. Экземпляр этой листовки обнаружили в кармане террориста при аресте. «Грустно, тяжко мне стало, что... погибает мой любимый народ, и вот я решил уничтожить царя-злодея и самому умереть за свой любезный народ», – говорилось в прокламации.
Антиподом Каракозова в представлении общества стал случайно оказавшийся рядом простой русский мужик Осип Комиссаров, который будто бы, увидев пистолет в руке злоумышленника, толкнул его, и пули пролетели мимо. Уже вечером 4 апреля Осип Комиссаров был приглашен в Зимний дворец, где удостоился высочайших почестей. Александр II наградил его Владимирским крестом IV степени и возвел в потомственные дворяне с присвоением фамилии Комиссаров-Костромской.
На Комиссарова нежданно-негаданно обрушился поток наград, поздравлений и подарков. Он получил пожизненную пенсию в три тысячи рублей, имение... Николай Алексеевич Некрасов откликнулся стихотворением, которое потом стало поводом обвинить поэта, защитника простого народа-труженика, в верноподданнических чувствах. А в нем были и такие строки: «Сын народа! тебя я пою! // Будешь славен ты много и много... // Ты велик – как орудие бога, // Направлявшего руку твою!».
Что же касается медали, которой наградили Комиссарова, то указ о ее учреждении уже 5 апреля министр императорского двора В. Ф. Адлерберг передал министру финансов М. Х. Рейтерну. Награда была предназначена для ношения на груди на Андреевской ленте.
О судьбе медали, врученной Комиссарову, исследователям ничего не известно. Впоследствии были отчеканены копии с различными вариантами лицевой стороны. В отделе нумизматики Государственного Эрмитажа ныне находится оттиск медали, выполненный в золоте, а в Государственном историческом музее в Москве – в серебре. Как пояснил научный сотрудник отдела нумизматики Государственного Эрмитажа хранитель русских памятных медалей Николай Введенский, скорее всего, хранящаяся в их фонде медаль относится к «обязательным экземплярам», которые чеканились столичным Монетным двором специально для Минцкабинета Императорского Эрмитажа.
Несколько слов о судьбе Комиссарова: спустя примерно год после покушения его определили юнкером в Павлоградский 2-й лейб-гусарский полк. Однако представители родовитых семейств, служившие в этом полку, с презрением относились к новоиспеченному дворянину. Тем более что тот славился как кутила и пьяница. После выхода в отставку в 1877 году в чине ротмистра Комиссаров поселился в пожалованном ему имении в Полтавской губернии и занялся садоводством и пчеловодством...
Самые интересные очерки собраны в книгах «Наследие. Избранное» том I и том II. Они продаются в книжных магазинах Петербурга, в редакции на ул. Марата, 25 и в нашем интернет-магазине.
Еще больше интересных фактов из истории, литературы, краеведения, искусства и науки - на сайте Лектория.