Любовный треугольник прославил Урал на весь мир и партия не запретила
Если вслушаться в слова известной в XX веке песни "Уральская рябинушка" они звучат не тривиально:
Слева кудри токаря, справа кузнеца.
Посередине девица, которая в глубине души склоняется к полиандрии.
Для СССР довольно смелый сюжет. Но именно он и сработал.
В Советском Союзе получить крупный государственный заказ поэту, композитору или художнику было непросто. В очень небольшой круг тех, кому позволено заниматься творчеством, прорваться было почти невозможно. Но получив госзаказ, войдя в ротацию, ты был в числе первых, кому предлагали самые лакомые пирожки.
Интересно, что Евгений Родыгин смог стать проверенным и надежным благодаря производственной песне, в которую ввел нотку завуалированного секса.
В послевоенном Свердловске, который совсем недавно пережил нашествие композиторов (их эвакуировали сюда во время войны) с музыкой было не сказать чтобы не очень, но уверенные позиции получения музыкальных госзаказов были разве что у Клары Кацман. Поэзия была закреплена за Еленой Хоринской. Получить текст от Хоринской было почти попасть в госротацию. На это сделал ставку и молодой композитор без связей Евгений Родыгин.
Его пригласили написать песни для Уральского народного хора, который отправлялся на гастроли заграницу. Нужен был хит. Родыгин увидел государственно правильный текст у Хоринской и даже сочинил на него песню.
Хоринскую эта инициатива не обрадовала, текст она уже отдала Кларе Кацман. Родыгин сумел провернуть все так, что на гастроли в Польшу и Румынию хор на всякий случай выучил оба варианта: Кацман-Хоринская, Родыгин-Хоринская. Это была серьезная заявка, но песня не пошла. Слишком много про производство, и совсем никакого секса.
Провожала девушка парня далеко.
Провожать ей милого было нелегко...
Парня в степь далекую посылал Урал
Веткою рябинушки ветер вслед махал.
Рябина-рябинушка
На горе крутой,
Шумит, шумит рябинушка
Зеленою листвой...
Трудится без устали над донской водой
Крепкий экскаваторщик, парень молодой.
Глянет на машину он, вспомнит Уралмаш,
Всех друзей-товарищей, край родимый наш.
Паренёк любуется на Донской канал,
Вот плывет он по морю на родной Урал.
Ждет его там милая, ждет его завод...
Парень вместе с девушкой песню вновь поёт.
Вместо жарких объятий парень думал о заводе и пел песню.
Родыгин решил поэкспериментировать, оставить песню женскому дуэту и найти другого автора для своей музыки.
Наверное, это один из очень немногих случаев, когда хит получился со второго раза. Текст, который написал Михаил Пилипенко, оказался более чем успешным.
Вечер тихой песнею над рекой плывет,
Дальними зарницами светится завод.
Где-то поезд катится точками огня,
Где-то под рябинушкой парни ждут меня.
Припев:
Ой, рябина кудрявая,
Белые цветы!
Ой, рябина, рябинушка,
Что взгрустнула ты?
Лишь гудки певучие смолкнут над водой,
Я иду к рябинушке тропкою крутой.
Треплет под кудрявою ветер без конца,
Справа кудри токаря, слева – кузнеца.
Днем в цеху короткие встречи горячи,
А сойдемся вечером – сядем и молчим.
Смотрят звезды летние молча на парней
И не скажут, ясные, кто из них милей.
Укрывает инеем землю добела,
Песней журавлиною осень проплыла.
Но все той же узкою тропкой между гор
Мы втроем к рябинушке ходим до сих пор.
Кто из них желаннее, руку сжать кому?
Сердцем растревоженным так и не пойму.
Хоть ни в чем не схожие, оба хороши…
Милая рябинушка, сердцу подскажи.
Когда я только приехала в Польшу, при каждой посиделке в новой компании поляки для меня начинали петь Рябинушку Яжембину. Вот тогда-то я и вслушалась в странный текст этой песни.
А когда мы готовили выставку о театре Музкомедии, я наткнулась на историю о двух текстах одной песни.
Нотка секса умноженная на тяжелое машиностроение и легкую музыку одержала больше дипломатических побед, чем политически выверенные песни. А Родыгин таки вошел в число тех, кто стал официально признанным композитором.
Рябина, которая до1950-х не имела на Урале особенно статуса, стала официально признанным символом уральскости.
Ссылка на песню "Уральская рябинушка"
https://clck.ru/MD3Dx