Автор телеграм-канала «Дочь разбойника» Настя Красильникова, которая ведет борьбу с женоненавистничеством в медиа и рекламе, рассказывает, что не так с 14 февраля, 23 Февраля, 8 Марта. То есть с любимыми в России гендерными праздниками
На дворе февраль, а это значит, что все сгустилось в преддверии череды праздников. Нас ждет День всех влюбленных, за ним — 23 Февраля, а потом и 8 Марта. И если к 14 февраля острых претензий нет (хотя шарики в виде сердечек в любимых заведениях могут раздражать), то ко Дню защитника Отечества и Международному женскому дню вопросов много.
Проговорю еще раз то, что повторяю каждый год: значение гендерных праздников искажено до неузнаваемости. 23 Февраля в России каким-то образом превратился в праздник всех мужчин вообще, включая тех, кто не имеет никакого отношения ни к защите, ни к Отечеству. Не имею ничего против профессиональных торжеств и военных почестей в своем кругу, но почему славить армию надо всей страной? А 8 Марта — это, представьте себе, в оригинале День борьбы за женскую эмансипацию и равноправие, а вовсе не «Международный женский день», кульминацией которого стала возможность получить унылую гвоздику от системного администратора на работе. И снова: я обожаю женщин и воспеваю их великолепие, но почему нужно праздновать этот день всей страной, получая дежурные поздравления неизвестно с чем и слушать про «украшение коллектива»?
Если вдуматься, праздновать факт своей принадлежности к какому-то полу — совершенно дикая практика. Вы когда-нибудь видели мужчин, которые кричат «Ура! Я мужчина! Всем шампанского!» или женщин, которые вопят «Я женщина! Поэтому у меня сегодня выходной!» А еще, когда речь идет об этих праздниках, сложно не думать о представителях других гендеров. Им когда и что праздновать?
Одна из причин, по которой Россия после крушения Советского Союза с его тотальным проникновением идеологии в частную жизнь по инерции продолжает отмечать 23 Февраля и 8 Марта — необходимость расходовать рекламные бюджеты. Конец зимы и начало весны — время, когда косметические сети, салоны красоты, цветочные ларьки, рестораны и прочие представители сферы услуг сбиваются с ног, предлагая акции, новые линейки продуктов, скидки и прочее штучки для женщин, мужчин и для женщин с мужчинами. А еще эти дни становятся поводом для корпоративных увеселений, которые часто не вызывают у большинства участников ничего, кроме неловкости и стыда. С ужасом вспоминаю, как несколько лет назад в одном большом издательском доме коллеги-женщины предложили нарядиться в кокошники и выучить русский народный танец, «чтобы поздравить мальчиков». Этого, хвала провидению, не случилось, но оцепенение перед такой перспективой помню до сих пор.
Так вышло, что эти традиции неразрывно связаны с буйством фантазии ситуативных маркетологов. Из этого часто получаются сексистские, а иногда и вовсе оскорбительные высказывания. Вспомните, например, прошлогоднюю рекламу «Тануки», в которой посконный российский фэтшейминг вышел на новый уровень. Тогда креативным маркетологам пришлось извиниться. Или рассылку московского салона красоты, которая в качестве подарка на 23 Февраля предложила клиенткам «стать неотразимой рядом с ним». Или радиостанцию, которая обещала подарить слушательницам на 8 Марта «новую грудь». Вы спросите: что плохого? Ведь наверняка есть люди, которые мечтают «стать неотразимой рядом с ним» с новой грудью наперевес. Плохо это потому, что такой ситуативный маркетинг построен на вредных гендерных стереотипах, где часть тела — приз, а главное предназначение женщины — декорировать собой пространство вокруг мужчины.
Никаких надежд на то, что в 2020 году ничего подобного не повторится, у меня нет, и мне снова придется собирать позорные скриншоты для регулярной рубрики #музейсексизма в моем канале «Дочь разбойника». Если бы у меня была возможность решить, что делать с гендерными праздниками, то я бы предложила, убрав всякую принадлежность к войскам и полам, добавить эти выходные дни к оплачиваемому отпуску. Чтобы люди могли сами выбирать, что и когда им отмечать и придумывать свои собственные поводы для праздников. Например, день, когда расквитался с ипотекой. Или день, когда уволилась с ненавистной работы. Или — почему бы и нет? — день борьбы за женскую эмансипацию и равноправие.