Маргарите повезло с именем, оно у неё было звучное и красивое, свекровь с удовольствием его произносила и не желала его никак сокращать, хотя Маргарита была согласна называться просто Ритой. Свекровь у Риты была из богемы, служительницей Мельпомены, заслуженной актрисой какого то там театра. Маргарите полагалось восторженно смотреть ей в рот и аплодировать при каждой хорошо поставленной речи, но увы Маргарита "не блистала воспитанием и хорошими манерами". Это цитата из монолога свекрови. Рите было уже все равно, она старалась относиться к приездам свекрови философски, как бы "и это пройдет". Если свекровь её выводила из себя, то она брала фломастер, шла на кухню, где висел настенный календарь и закрашивала красным еще один день. За месяц пребывания свекрови не закрашенными обычно оставались три или четыре дня, поэтому когда перед отъездом Ирина Федоровна заикалась о следующем приезде, то Маргарита задумчиво смотрела в сторону календаря, а Ирина Федоровна пунцовела, как квадратики закр