Американский лингвист и толкиеновед Марк Хукер решил понять, отчего на Руси любят по несколько раз переводить один и тот же текст Толкиена, скажем, роман «Властелин колец» или сказку "Хоббит". Так, после многолетней исследовательской работы, после переписки и личного общения с переводчиками из России, в 2003 году появилась на свет книга «Толкиен русскими глазами». А те из читателей, кто хочет лично убедиться в открытиях Марка Хукера, может сегодня же вечером её прочесть – её легко найти в интернете. Причём на русском языке – спасибо переводчице Анне Хананашвили.
Расширенный комментарий к книге Марка Хукера «Толкиен русскими глазами» - Александр СЕДОВ (с)
Предыдущие части разбора: 1 часть, 2 часть, 3 часть, 4 часть, 5 часть, 6 часть, 7 часть, 8 часть, 9 часть, 10 часть, 11 часть, 12-13 часть
13. За миллиард секунд до прочтения (дополнение к главе)
В первой части монографии Марк Хукер сравнивает волну толкиенизма, накрывшую распадавшийся Советский Союз, с бумом толкиеномании, которая случилась в 1960-х годах в США, и приходит к выводу, что толкиенистское движение в России проявилось активнее. Возможно, обе страны оказались столь восприимчивы к фантазии Толкиена в силу собственных просторов: глядя на карты обеих стран, нельзя не заметить соразмерность масштаба Истории и Географии. То же чувство посещает читателя «Властелина колец», сверяющего маршрут героев по тексту и по карте Средиземья. Северная Америка, несомненно, большой континент, но, смею предположить, что опыт переживания средиземской географии воспроизводится на постсоветском пространстве гораздо убедительнее. Соединенные Штаты Америки, по большей части, «плавильный котёл» народов, и кроме немногочисленных северо-американских индейцев и эскимосов, коренных этносов там нет. А ведь именно пёстрая этнография народов, живущих на своей земле веками, в согласии с собственной традицией и социальным укладом, так изумляла хоббитов в путешествиях. Собственно, из этого чувства удивления Бильбо Бэггинса и родилась его книга «Туда и Обратно». Во «Властелине» этнография представлена с таким эпическим размахом и подробностями, что, выражаясь по-простому, по-хоббичьи, «аж дух захватывает!»
Один из продолжателей слова Толкиена в России – писатель Ник Перумов, по-моему, очень метко схватил это чувство и передал его в книге «Кольцо Тьмы», действие в которой происходит триста лет спустя после событий, рассказанных во «Властелине колец». Хоббит Фолко (непрямой потомок Фродо) вместе с гномом отправляется далеко на восток Средиземья, чтобы убить некого Олмера, новоявленного харизматика, собирающего под свои знамена людей, настроенных против заокеанской власти эльфов… Отряд хоббита и гномов заходит так далеко на восток, что читатель начинает подозревать, будто древние гномьи пещеры, куда попали герои, расположены в Уральских горах. В своём исследовании Марк Хукер мог плавно подвести американского читателя к разговору о повести Ника Перумова, своего рода кульминации темы «Толкиен русскими глазами». Ведь, перефразируя Евтушенко, Толкиен в России – больше, чем его книги и даже больше, чем он сам. То же самое и со Средиземьем – в России оно больше на сотни тысяч квадратных километров.
(См. сравнение двух карт - Средиземья и Европы по ссылке)
Неправильно было обойти вниманием роман Кирилла Еськова «Последний кольценосец», на рубеже тысячелетий ставший заметным событием в кругу любителей фэнтези. Сам факт, что средиземская война за кольцо описана с позиции побеждённой стороны – «прогрессивного» Мордора, а не с точки зрения вечно правого Запада – ключевой идеологемы мира Толкиена, переворачивает привычную картину. И этот радикальный пересмотр идейного владычества заокеанского рая, опять же, дело рук российского автора.
С распадом СССР субконтинент Средиземье стал еще ближе и понятнее русскому читателю. Там, где во «Властелине колец» автор рассказывает о ситуации в Пригорье, заметно изменившимся за последние годы, наш читатель легко распознает приметы постсоветского быта: распад системы межнациональных связей, запустение межкняжеских коммуникаций (Большого Тракта и т.п.), повсеместное строительство заборов и укрепление запоров от непрошеных гостей и любопытных глаз, пограничные стычки.
Спасением для Средиземья должно стать возвращение Короля (в переводе Муравьёва – Государя), который, согласно предсказанию древней легенды, однажды воцарится в Белом Городе – и наступит в Средиземье эра всеобщего мира и благоденствия. Не проводя никаких параллелей (даже не спекулируя на старинном прозвании Москвы – Белокаменная), должен заметить, что русскоязычные авторы-продолжатели Толкиена ищут и находят собственные ответы на вопросы, которые неизбежно возникают при чтении Толкиена в постсоветском пространстве. Выводы, как говорится, делайте сами.
Если присмотреться к тому, каким Толкиен видит дальнейшее устройство и существование Средиземья, всех его княжеств, государств, вольных городов и графств, то, в конце концов, это устройство оказывается чем-то средним между Европейским Союзом и Британской Империей. Не берусь настаивать на том, будто каждый русскоязычный читатель считывает между строк и воспринимает близко к сердцу все историографические концепции Толкиена, но современные исторические процессы, происходящие в Европе, России и Азии, - говоря обще, на Евразийском материке, - не дают остыть чувству сопричастности к Истории у любого вдумчивого читателя. Если Толкиен писал иносказание, если он вкладывал философию в свой роман, а не сочинял, чтобы просто позабавить читателей, значит здесь есть над чем подумать.
продолжение следует...
мои пересекающиеся по теме статьи: Как возродить детский кинематограф? / Как экранизировать "Войну миров" Герберта Уэллса? / Уроки советской Мэри Поппинс (взгляд на наш фильм оттуда) / Рогатые викинги, или Снова о детском кино / "Бегство Земли" Фрэнсиса Карсака через призму Перестройки / Как Жюль Верн исправил Эдгара По / и т.д.