"— А кого у нас играет Хобуа? — спросила Таня Егорычева на двадцатом году работы со мной, когда приклеивали финальные титры к фильму “Паспорт”. (Таня монтировала “Совсем пропащий”, “Афоня”, “Осенний марафон”, “Слезы капали”, “Кин-дза-дза”, “Паспорт”.) ...
А никого у меня Рене Хобуа не играл."
(из книги Г. Данелия "Безбилетный пассажир")
Не всегда имя того, кто "засветился" в фильме попадает в титры: или роль слишком эпизодическая, или, как в случае с Савелием Крамаровым, уехавшим из страны, фамилия вырезалась по распоряжению кинематографического начальства. А бывало, режиссеры, сыгравшие в эпизоде в своем же фильме, не считали нужным указывать свое имя в списке актеров.
Но случалось и наоборот. Есть в истории советского кинематографа одно имя, которое неоднократно появлялось в титрах, хотя его обладатель никогда никакого участия в процессе кинопроизводства не принимал. Речь идет о фильмах Георгия Николаевича Данелия. А того, чье имя режиссер упомянул аж в одиннадцати (!) своих знаменитых картинах, звали Рене Хобуа.
Дело было так.
Режиссер Георгий Данелия и сценарист Резо Габриадзе поехали в Тбилиси, чтобы написать сценарий к фильму "Не горюй". И там в один из дней случай свел их со строителем из Зугдиди, который приехал выбивать в тресте какие-то стройматериалы. Звали строителя Рене Хобуа. Отобедав вместе, авторы пригласили Рене к себе в гостиничный номер послушать сценарий. Чтение продолжалось несколько часов, Рене слушал, кивал и повторял одно:
"Гадасаревиа!" (по-грузински это означает: так хорошо, что с ума сойти можно!)
Вечером авторы были приглашены на банкет, Рене они взяли с собой. Банкетом дело не ограничилось - Тбилиси город небольшой, друзей у Данелия и Габриадзе много, все хотели их увидеть и угостить. И как Рене ни отнекивался, авторы повсюду таскали его с собой. А на третий день Рене, которому все-таки надо было заниматься тем, для чего он приехал в Тбилиси, постучал к авторам в номер и вручил им справку от врача:
"Рене Хобуа строго запрещается употреблять любые алкогольные напитки"
- Ну тогда садись, - сказали друзья, - и слушай сцены, которые в сценарий пока не вошли.
Но и от этого Рене отказался:
- Я по-русски плохо понимаю. Особенно когда читают написанное.
- Если не понимал, зачем хвалил? Зачем говорил "гадасаревиа"?
- Такие люди написали. Конечно, гадасаревиа!
Рене ушел. А Габриадзе сказал:
"Слушай, он столько с нами мучился и терпел. А мы ему даже спасибо не сказали. Давай напишем Рене в титрах, в эпизодах. Он посмотрит у себя в Зугдиди картину, и ему будет приятно."
И с тех пор во всех фильмах Георгия Данелия в титрах появляется имя Р.Хобуа.
Красивая история, правда? И вроде бы ничего это режиссеру не стоило - но как широко!