«Когда ты состаришься, я тебя в дом престарелых сдам!!!» - кричал сын, уворачиваясь от разъяренной мамы, размахивающей замороженным куском мяса. Это мясо уже успело пару раз приложиться к спине моего младшего двоюродного брата. «Будешь старой, я не буду тебе кашу жевать!!!» - вопил пацан.
Мы давно привыкли к своенравному, властному и склочному характеру родственницы, лишь ее сын упрямился и не хотел мириться не только со сковородками, но и другими тяжелыми предметами быта, частенько летевшими в него.
Брат, конечно, когда был мелким, давал жару всем. Еще только научившись стоять, отвинчивал и откручивал все, до чего мог дотянуться, поэтому с серванта и трельяжа исчезли ручки, а буфет стал запираться на ключ, который надежно прятался. Братик мог чудесным образом найти в самом дальнем углу давно потерявшийся винтик, скрепку, пыльную монетку и таким же чудесным образом разобрать любую неразборную игрушку, без гарантии обратной сборки. Пытливый ум и неуемная энергия брали свое — часто получал на пряники. Но самое страшное наказание придумал дед: когда наступал предел терпения даже ангельского бабулиного, дед молча брал внука и сажал в манеж.
«Не хочу в тюлюму!!!» - благим матом орал заключенный. Потом он подрос и манеж перестал быть авторитетом.
В начале 90-х братан предложил мне летний бизнес на время школьных каникул — сдавать бутылки. Мы с энтузиазмом принялись за дело. В ванной шла непрерывная работа по очистке склянок от этикеток, а затем, в сумке на колесиках, громыхавшей на колдобинах, эти бутылки сдавались в ближайшую приемку стеклотары. Мы чувствовали себя миллионерами.
Он получил ожег руки не понятно чем, чуть не свалился с балкона, он всегда придумывал рисковые затеи, мы жгли тополиный пух и костры, сигали с гаражей, в общем, для родителей он был еще той занозой в известном месте. Короче — нормальный, деятельный пацан.
Но с мамой не складывалось. Никак. И мама до сих пор искренне не понимает — почему. Ведь она хотела для сына только хорошего! Все скандалы и побои — лишь для его блага, истерики — для доходчивого объяснения своей позиции. А он — не благодарный, не ценит ее заботы.
Справедливости ради надо отметить, что тетка совершенно неоднозначный персонаж нашего семейства. Сентиментальность по отношению к героям телепередач в ней соседствует с отсутствием жалости к реальным людям, щедрость с ростовщичеством даже по отношению к родственникам, рассудительность и логика с неадекватной реакцией на бытовые заморочки.
Конечно, брат не выполнил и не собирается выполнять свою угрозу сдать ее в дом престарелых. Но он уверен: мама была не права. Мама уверена: сын неблагодарная скотина.
Я смотрю на своих детей и задаюсь вопросом: а буду ли я готова к тому, что они меня, по какой-то причине, отдадут в дом престарелых?
Да, буду готова. Мои дети мне ничего не должны. Но это не значит, что я от них ничего не требую. Мои дети — не залог моей безоблачной старости, но опора. Мои дети не воплощение моих несбывшихся надежд и рухнувших амбиций, но творческие и целеустремленные личности.
