Непростой восьмидесятый был щедр на сюрпризы. Муж в этом году должен был поступать в академию из Киевского округа, но дивизия уже передислоцирована в Термез. Документы не нашли, кто-то из кадровиков в дивизии посоветовал взять отпуск и искать документы.
В конце апреля появляется, неожиданно для нас, наш папа – ему предоставили отпуск. Рада не только я со своими девчонками, к нам вереницей стали приходить наши женщины, чтобы хоть что-нибудь узнать о своих мужьях, о далёком Термезе. Мы решили освободить квартиру, вещи перевезти к моим родителям и поехать в Смоленск, отпуск же.
Там нас ожидал сюрприз – тоже в отпуске, был брат Игоря с женой Надей и дочкой Машенькой. Они приехали из Мурманской области, он служил в морской пехоте. Уже через неделю Игорь поехал в Ленинград в артиллерийскую академию на розыски документов. В академии их не было, они находились в Москве, в штабе сухопутных войск, вызов надо было отправить в Киевский округ, а дивизия передислоцирована в Туркестанский ВО, произошла задержка. Я поехала к маме, Игорь полетел в Термез, экзамены сдавал в Алма-Ате.
Потянулось время в ожидании писем и телеграмм от Игоря. Математика – пять, тактика – пять, матчасть – пять, все экзамены сдал на «отлично», на одном из построений вручили погоны и поздравили с присвоением очередного воинского звания – майор. Потом мандатная комиссия и «зачислен слушателем в военную артиллерийскую академию». Закончился ещё один этап в нашей жизни.
Засобиралась ехать в Термез. В нашем посёлке произошло трагическое событие – погиб в Афганистане Славка Беляев, наш сосед. Посёлок тряхнуло, как электрическим разрядом, все осознали, что выполнение интернационального долга стало тяжёлым испытанием для страны и жертвы только начинаются.
Лечу из Ворошиловграда в Ташкент, в самолёте было холодно, в Ташкенте раннее утро и уже невыносимый зной. Опять самолёт, уже в Термез, снова холодно, под крылом бескрайние пески. Игорю телеграмму о приезде дала, должен встречать. Спускаюсь по трапу на поле аэродрома, встречает пограничник, он в шаге от меня и почему-то извивается, понимаю, что это раскалённый воздух между нами создает такой эффект. Вот это жара! В Ташкенте было просто тепло. Слышу: «Даша!», но не понимаю откуда голос, вращаю головой, все шевелится, голова отказывается воспринимать! Нашла Игоря, приблизилась, плывя в густой жаре.
Привёз он меня в дом, который снимал наш связист Миша Селихов с женой Людой и маленьким Женечкой. Радость от встречи с Игорем и Селиховыми отравляла жара. Есть не хочется, пить – каждую минуту, лежать, только замотавшись в мокрую простыню! О, как здесь живут люди?
Пошли с Людой по гостям, многие наши уже получили квартиры, прибыли контейнеры, началась новая жизнь. Запомнилась баня с небольшим бассейном, наполненным холодной водой. Чтобы понять, что такое блаженство от бассейна с холодной водой, надо пройти испытания жарой.
Почти постоянно дул горячий афганец, так называли ветер со стороны Афганистана, в воздухе поблёскивали крохотные песчинки, просыпаясь, видела в складках постели, на полу красноватую пудру слюды, принесённую ветром.
Было много крохотных варанчиков: они бегали по стенам в доме, забивались в одежду, могли промчаться по телу.
В доме рядом с нашим был сундучный цех, когда ворота были открыты, открывался страшный вид: весь двор был заставлен цинковыми гробами, ожидающими своих «жильцов», которые ещё были живыми, писали домой письма, которых ждали матери, невесты и жёны…