Шли как-то раз в Калужском драматическом гастроли Тульского, не менее драматического театра. Пьеса «Именины на костылях». Суть пьесы, в двух словах в том, что постепенно на сцене разгорается конфликт… Муж-именинник, сломал накануне ноги, лежит на кровати и требует налить ему водки в честь праздника, а жена говорит: «Погоди, уберусь, тогда уж налью и отпразднуем все, как полагается».
Дочка их, девица на выданье, помогать в уборке не хочет, вертится перед зеркалом и шантажирует: «Вот поступлю в университет и видали вы меня…»
К дочке наведывается древенсий хахаль, который страшно ревнует её к горожанину-электрику, который занят электрофикацией здешней фермы, а за одно ночует в этом доме как в гостинице.
Шаг за шагом, минута за минутой, склока разрастается до вселенских масштабов. И сыграно талантливо. И цепляет прямо за нутро. И сцены знакомые каждому зрителю. Узнаваемые такие сцены.
А я в первом ряду. Я в эпицентре. Аж до озноба энергии гуляют неприятные. Еще чуть-чуть и ушел бы со спектакля. Не выдержал бы.
Как вдруг, в самый накал страстей, крыша декорации с чудовищным скрипом – И-и-и-г-г-г-РРР – съехала в сторону. Зависла пауза. В немой тишине громкая чья-то мысль: КРЫША ПОЕХАЛА!
И тут старшая женщина в семье изможденно присела на табурет и затянула песню…
Мелодия была сначала робкой и едва слышной. Постепенно её подхватывали другие участники драмы. И она набрала силу, полилась… Напевная, неторопливая, несуетная такая мелодия…
Крыша декорации постепенно, без всякого скрипа, вернулась на место.
Я по прежнему в первом ряду. Но энергии вокруг меня благостные. Как будто и не было никакого напряжения. Раздражения ни капли. Светло, тепло, уютно, мягко вокруг… Как в колыбельке.
Я поворачиваю голову на 180 градусов и вижу 500 человек в зале. И у каждого просветленные лица. Лики добрых, наполненных благостью и любовью, людей. Или ангелов.
Велика сила искусства, надо сказать!