Генрих Брокар (1836-1900), владелец фирмы «Брокар и Ко», — один из самых известных парфюмеров Российской империи. Именно его компания начала выпускать «Народное мыло» по копейке за кусок. И именно Генриху Афанасьевичу принадлежала идея сделать на Всероссийской промышленной выставке (1882) одеколонный фонтан.
После революции «Брокар и Ко» преобразовали в «Новую зарю», а «Любимый букет императрицы» — в «Красную Москву». Справедливости ради стоит отметить, что легендарный аромат был изобретен не самим Брокаром, а его преемником уже после смерти легендарного парфюмера.
Популярность окружала Генриха Афанасьевича еще при жизни. И дело было не в одних ароматах — Брокар содержал на Верхних торговых рядах (в современном ГУМе) музей, уступавший по масштабности разве что Третьяковской галерее и Эрмитажу.
После революции обширная коллекция парфюмера «растворилась»: полотна русских художников отправили Третьяковке, графику и работы европейских мастеров — Музею изящных искусств (ныне — Пушкинскому музею). Остальные 4 000 предметов, включая вышивку, мебель, гобелены, иконы, бронзу, — Государственному музейному фонду, где они и пропали без вести.
Пострадали и другие части коллекции — в музее Генриха Брокара было не менее 1000 предметов западноевропейского искусства XV-XVIII вв. Музею изящных искусств же было передано не более 200. Но и эти шедевры очаровывают потомков своей искусностью и разнообразием:
— «Проповедь Иоанна Крестителя» Александра Кейринкса (XVII век);
— «Сцена из сельского быта» Франческо Лондонио;
— «Изгнание торгующих из храма» Рембрандта;
— «Старая кокетка» Бернардо Строцци.
Несистематизированное и эклектичное увлечение Брокара не понимали современники-почтенные коллекционеры. Поговаривали, что парфюмер скупает все подряд, привозит целые возы добра с барахолок. Вспоминали анекдотические случаи, когда собиратель случайно сел на работу Альбрехта Дюрера или закрасил кота на картине С. Грибкова. Но забывали, что именно Генрих Афанасьевич разглядел такие шедевры, как «Бегство в Египет», горельеф «Положение во гроб» (XV век).
Конечно, парфюмер, приобретающий предметы искусства на доходы с мыловарен, нередко ошибался. Так, он полагал, что у него девять «Рембрандтов», в то время как исследования подтвердили наличие в коллекции только одной работы руки мастера. Но промахи и анекдотические ситуации никак не опровергают факта, что собрание Брокара — уникальное на фоне других коллекций ХХ века. В том числе и тем, что отражало многим непонятную натуру своего владельца.
Так среди сюжетов выделяется разделка туши кашалота авторства голландского художника Корнелиса Белта — картина привлекла собирателя с профессиональной точки зрения. Ведь именно китообразные были источником амбры, закрепляющей аромат духов. О многом говорят символичные масонские молоты и топорики теперь уже из фондов Государственного исторического музея. А в частных коллекциях сегодня хранятся причудливые флаконы, выполненные по эскизам самого Генриха Брокара.