1
По узенькой тропке, ведущей на волю, я шагал двадцать лет; прошлое затерялось в тумане времени, будущее - в тумане неизвестности; я мало что помню, мало знаю, а хочу и того меньше: только дойти до конца этой тропы. Даже если меня там и не ждут - это не важно; Если там я найду свой конец - тоже не важно. Что же важно, спросите вы?
Ничего.
Почему, спросите вы?
Потому что всё, что было важным, осталось позади - за спиной; там много чего было, да: люди, знакомства с которыми хочется избежать, места, посещение который лучше отложить до лучших времён(в идеале - навсегда), и песни, которых лучше не слушать. Всё равно не поймёшь, если с головой у тебя всё нормально.
Это песни для безумцев, вот так-то.
Иногда бьют часы - где-то далеко-далеко, но я всё равно слышу этот звон; как куранты на кремлёвской стене в новогодную ночь, двенадцать ударов в полнейшей тишине - словно весь мир затаил дыхание.
Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Бом. Ровно двенадцать ударов, сводящие меня с ума.
Но я говорил о другом: О людях, о местах и о странных песнях; Я всё забыл, но иногда, долгими зимними ночами, когда я лежу в снегу и смотрю на звёзды, кое-что в моей памяти начинает проясняться. Лучше бы не прояснялось.
Прошлое - оно как воронка, да. Она засасывает, тянет на дно, лишая всякой надежды на спасение. Аккуратнее! Ты можешь захлебнуться в грязной воде, захлебнуться в прошлом, захлебнуться в себе.
***
Я слышал, рыбы могут плавать по космосу, словно по морю. Рыбы в открытом космосе.
Вы понимаете, о чём я? Рыбы среди звёзд, бьют своими плавниками, высекая искры из ничего.
Только это всё пахнет какой-то странной темнотой, бездной - заглянешь, и уже не сможешь отвести глаза. В катакомбах, где мёртвые танцуют, там говорят: рыбы, они плавают по космосу.
А ещё я слышал, что кометы - это сигаретный пепел. А луна - настольная лампа на столе у какого-нибудь космического великана. Невидимого, разумеется. Иначе почему мы видим луну, а его самого - нет? Я говорю: дело в том, что он невидим.
Ещё я слышал вот что: три вещи могут течь бесконечно: вода, вино и кровь. Я понятия не имею, что это значит, и совсем уж сомневаюсь, что это правда, но почему-то мне запомнились эти слова. Они тоже пахнут темнотой. Знаете, такой сладковатой темнотой, как вселеннная после дождя.
***
Один старик с седыми волосами однажды сказал мне:
-В сумерках все тени исчезают, а часы начинают бить с такой силой, что каждый удар отдаётся в ушах нестерпимой болью.
Он был очень дряхлый, этой старик, из него чуть ли песок не сыпался, и он не мог ходить - его возили на коляске две женщины. В руках у них были подносы, и они давали старику то, что он попросит(а он много чего просил - не буду даже перечислять, это займёт целый день, не меньше), а сам старик - этот седой чёрт, он говорил мне о сумерках и часах. Я спросил его, что это значит, а он только пожал плечами и сказал:
-По правде сказать, я сам не знаю. Я где-то прочитал это и подумал, что должно быть, это мудрая мысль. Теперь я передаю её всем, кто приходит ко мне.
-И люди понимают?
-Кто-то понимает, кто-то нет, а кто-то делает вид, что понял. Мне кажется, ты хочешь сделать вид, что понял.
Я улыбнулся. Такое искушение и вправду было, хотя я не понимал абсолютно ничего.
Я спросил старика, слышал ли он, что рыбы могут жить в космосе. Он опять пожал плечами и сказал:
-Как знать. Я никогда не был в космосе, и вряд ли уже побываю.
-Может, я побываю, - сказал я.
-Тогда перед полётом не забудь захватить с собой удочки... ну, понимаешь, чтобы наловить космической рыбы.
Я пообещал старику, что не забуду.
