Уже два месяца вся страна обсуждает историю 5-летней девочки С., которая живет в платной столичной клинике всю свою жизнь, потому что ее не хотят забрать домой родители. Здоровый ребенок оказался заложником больницы и нездоровых причуд самых родных, казалось бы, людей.
А есть дети, которые тоже в заложниках. Только у своей болезни. Они, как и С., не могут годами покинуть стены больниц (совсем не элитных и не всегда комфортных), хоть родители и рады забрать их домой.
Например, Аня Струкова из Псковской области. Девочка первый год своей жизни провела в реанимации. На аппарате ИВЛ. У Ани «синдром Ундины» - редкая болезнь, при которой человек, засыпая, «забывает дышать» и умирает. Таких как Аня всего 22 человека на всю Россию.
Родители С. ежемесячно платили частной клинике миллион рублей, чтоб их дочь жила в палате под замком. А у родителей Ани Струковой не было 655 тысяч, чтобы вырвать своего ребенка из больницы. 655 тысяч рублей — столько стоит аппарат ИВЛ, который наши жертвователи помогли купить Струковым, чтоб девочку, наконец, забрали домой. На свободу.
Еще мы хотим рассказать про Милу Казымову и Кирилла Макина. Оба — подопечные нашего фонда. У обоих первичный иммунодефицит. Полная капитуляция организма перед любым микробом. Выжить можно, только если спрятаться от мира в стерильной комнате, которую мама будет каждый день протирать с хлоркой. Так и живут эти дети - в стерильном плену, в масках, без друзей, без детства. Сбежать из плена можно, если найти 30 млн рублей на трансплантацию костного мозга в Цюрихе. Совместно с другими фондами неподъемная для простых семей сумма была собрана. Дважды. Кирилл прооперирован в прошлом году. Мила Казымова сейчас в Швейцарии – проходит химиотерапию перед трансплантацией.
30 млн за жизнь Кирилла, 30 млн за жизнь Милы. И 60 млн, которые заплатили родители С., чтобы заточить ее в клинику на 5 лет. И эти цифры складываются в мистическое уравнение. До копейки...
Говорят, что девочка С. никогда не видела мира за пределами больничных стен. И никогда не гуляла по улицам и паркам. А в городе Бийске, в тесной комнатке общежития, будто в тюремной камере, живет наш подопечный Максим Кудинов. Хорошо, что камера не одиночная. С ним любящая мама и бабушка. Но покинуть комнату 12-летний Максим, как и С., не может. И дело даже не в ДЦП, парализовавшем мальчика. В простой бийской семье все гораздо прозаичнее. У Максима нет коляски, на которой бы мама могла выкатить сына на улицу. И вот что удивительно: Максим не может сидеть и не держит голову, а о свободе знает больше, чем маленькая С. Все потому что его мама иногда уговаривает других таких же, как и она, мам дать коляску взаймы. Изредка Максим вырывается из плена в мир, в парк, в гости. И непонятно, кого из них жаль больше — парализованного, но горячо любимого Максима или здоровую девочку С., которая оказалась никому не нужна.
Фонд «АиФ. Доброе сердце» уже открыл сбор на коляску для Максима. Нужно 164 065 рублей. Столько стоит легкая маневренная модель Patron Jacko 5. Цена Максимовой свободы. Его досрочного освобождения.