- Ясно, ясно. Фильм о фильме о том, как снимать фильмы. Успокойся, Чарли Кауфман, некоторые из нас ходят на работу.
Community, 2 сезон.
Фильм, который разочаровал меня едва ли не больше, чем любой другой - «8½» Федерико Феллини.
Об этом режиссёре я знал не так уж мало ещё до того, как посмотрел первый его фильм - из советской книги «Феллини о Феллини». Была такая серия в Союзе. Я читал или хотя бы смотрел по диагонали аналогичные книги «Висконти о Висконти» и «Антониони об Антониони». Авторы серии, видимо, питали особую нежность к итальянскому кино, и их можно понять: оно изысканное, приятное глазу, с отличными планами, особенно общими, с привлекательными (внешне по крайней мере) героями, и там есть о чем порассуждать.
Странно, что нет книги «Де Сика о Де Сика», с учётом превознесения Советами в первую очередь фильмов с социальной проблематикой в центре, иногда и не глядя на художественную ценность.
Но вернусь уже к Феллини. Такие вещи, как «Восемь с половиной», иногда называют «мастурбацией гения».
Радуют глаз в нем отдельные сцены, в которых есть некая психоделика, как отдых в санатории и особенно финальные эпизоды на площадке, где строят гигантские декорации для фильма, у которого даже нет сценария. Никто не знает, что тут будет сниматься. О таком процессе есть присказка «гора родила мышь».
Феллини решил снять кино о муках творца, которого никто не понимает. Проблема в том, что и зритель его не понимает тоже. Поэтому возникает вопрос: что режиссер мне показывает? Я не могу понять, что это за мужик передо мной и почему я должен следить за его унылыми действиями и не менее душной болтовней целых два часа?
К примеру, раз уж упомянул Кауфмана, в фильме «Адаптация» 2002 года с Николасом Кейджем муки творчества изображены более интересно, понятно и рельефно.
У Феллини же получилось очень размыто. Если он хотел таким образом эмоционально передать состояние героя, чтобы зритель почувствовал примерно то же самое: растерянность, смятение и сомнение в силе своего рассудка - он этого добился, но для чего? Мы ведь не режиссеры. Если фильм для творческих людей, то аудиторию он выбрал весьма узкую - я имею в виду тех, кто живёт творчеством и, следовательно, может всерьез мучаться от нерешённой творческой задачи.
«8½» обласкан критикой, имеет награды и считается вершиной творчество Феллини.
Иногда мне кажется, что скука для любителей арт-хауса - непременный атрибут величия.
Я не видел всех фильмов Феллини, но видел как бы «предваряющую» эту картину «Сладкую жизнь» о точно таком же герое и сыгранном тем же «мистером Каменное лицо» Мастроянни. Таким образом, имею за плечами пять часов этой экзистенциальной жвачки (а с учётом повторных просмотров «восьмёрки» - девять. С половиной))
Понятно, что режиссер решил приоткрыть свой внутренний мир и рассказать детально о муках созидания и сомнениях в своей роли в этом мире и в своих способностях создать что-то положительное, но почему не постараться сделать это интереснее? Рассчет «на критика» в данном случае, как ни странно, оправдался и коммерчески - фильм собрал хорошую кассу.
Но почему-то никак мне не удалось «сконнектиться» с высоколобым и, в общем-то, довольно скотинистым героем. Хотя я и сам испытывал все эти муки творчества и внутренние распри, многократно не мог завершить сценарий или роман, но мне все равно на него наплевать. Не хочется желать успеха этому человеку.
Мне кажется, Феллини в этой картине позволил себе слишком много, потому что стал высокомерен. Он наплевал на зрителя и сделал кино как будто сам для себя, будто в качестве либо терапии, либо «памятник себе воздвиг нерукотворный».
«Восьмёрка» полностью лишена очарования, которое было у Феллини в начале пути, в фильме «Дорога», например - отличное кино.
В общем, как я ни старался, не смог понять, за что же весь мир так высоко оценил «8½» - картину, презирающую своего зрителя начиная прямо с названия.
Сейчас опубликую текст, сброшу негатив прошлых просмотров и попробую глянуть в третий раз. Хотя при первом и втором просмотрах я был настроен очень позитивно, и это не помогло.
Может быть, что-то во мне изменится после этого текста, и мастурбация гения принесет удовольствие и мне, не гению, а просто зрителю, при чем не настолько внимательному и въедливому, как фестивальные критики.