Задача действительно «пошла», Антонов был доволен. Все было выполнено с первого раза, все цели поражены. Теперь предстояло идти на другой полигон для взаимодействия с другими кораблями. Погода портилась. Ветер усиливался, волны захлестывали палубу. Антонов приказал запросить погоду. Прогноз был неутешителен: надвигался шторм, и он вызвал штурмана.
- Надо обойти шторм. Возможно это?
- А что говорят синоптики? Где сейчас он и когда будет у нас?
- Ты же знаешь: если он «ныряющий», то может в любую минуту оказаться здесь, а если устойчивый, то можно и обойти.
- Хорошо, товарищ командир, уточню, если возможно, проложу курс в обход. А может, лучше уйти в бухту поблизости?
- Посмотри, что там есть.
- Есть!
Шторм обойти не удалось. Через два часа корабль уже болтало так, что устоять было почти невозможно. Командир не покидал мостик, сообщил о месте нахождения корабля, о том, что он предпринимает для того, чтобы быстрее выйти из района шторма. «Вот тебе и радуга, - думал Антонов, - красиво встретила и «красиво» провожает»!
Бороться со штормом пришлось около двух часов, потом волнение моря уменьшилось. Командир приказал осмотреться и доложить о состоянии корабля и экипажа. Выяснилось, что корабль в порядке, а среди экипажа есть пострадавшие: у одного матроса оказался вывих плеча, другой получил ушиб носа и кровотечение. Сам он шутил по этому поводу:
- Попало по самой выдающейся части моего лица!
Нос, действительно, был «выдающимся», особенно после удара.
Шторм задержал переход на полигон, Антонов связался со штабом, доложил обстановку. Из штаба приказали идти в базу: шторм захватил и тот район. Александр внутренне обрадовался. Он уже соскучился по Наде. Представил, как они встретятся. Он думал об этой женщине серьезно, появлялись мысли о семейной жизни...
База встретила корабль ненастной ночью, огнями города, размытыми полосами дождя с ветром. На мелких барашках волн отсвечивали бортовые огни и огни причала. Швартовка прошла штатно, командир отпустил старпома домой, а сам стал готовить документы для доклада командующему. Задача была выполнена наполовину, но вины экипажа не было: помешал шторм.
Антонов лег спать далеко за полночь. Последние сутки измотали его, и он уснул почти мгновенно.
Проснулся он как всегда сразу, быстро встал, привел себя в порядок. На корабле проходила приборка, команды звучали привычно, четко. Антонов вызвал дежурного офицера, выслушал его доклад.
После завтрака Антонов пошел в штаб для доклада.
Надежда вышла из школы, неся сумку с тетрадями. Она подумала, что хорошо бы, если бы сейчас за воротами стоял Александр. Надежда соскучилась по нему, его не было уже почти неделю. Он стал частью ее жизни, занял огромное место в ее мыслях. Коллеги, глядя на нее, говорили, что она очень изменилась: глаз горит, походка летящая, на губах почти постоянная улыбка.
- Уж не влюбилась ли ты? – допрашивала ее подруга. – тебя прямо не узнать! Помолодела лет на двадцать!
- Ну тогда мне еще рано влюбляться, - смеялась Надежда. – Я буду помоложе своей дочки!
- Ты не уходи от ответа, - не отставала подруга, - а честно, как на духу, расскажи о том, кто вошел в твою жизнь. Тем более что в коллективе, сама понимаешь, дамском, уже ходят разные слухи. Или это не слухи?
- Нет, Лариса, не слухи. Действительно, в моей жизни появился мужчина. Ты бы знала, какой!
- Конечно, самый лучший!
- Да, и не смейся! Он правда самый лучший. Я таких не встречала.
- А где бы ты, стесняюсь спросить, могла встретить вообще кого-нибудь? На пути между домом, детским садом и школой? А кстати, где ты его нашла?
- Не поверишь, в автобусе.
- Ничего себе! Лучшие мужчины, оказывается, ездят в автобусах! А говорили, что за тобой приезжает машина, да еще какая!
- Это не его машина, а его подчиненного.
- Значит, он начальник.
- Командир.
- Всю жизнь мечтала стать женой командира корабля!
- Ну, у тебя еще все впереди. Твой Владик в каком звании?
- Дело не в звании – у него специальность не командирская. Но я его люблю и так.