Записки на полях... Старый будильник

Люблю вечер. Люблю, когда кончается неделя. Люблю, когда наступают сонно-ленивые послеобеденные часы трудовой пятницы. Никто уже ничего не хочет ни начинать, ни заканчивать, все слоняются по офису, пьют чай или кофе с плюшками и всяко-разными конфетками и сочувственно смотрят на тех, на кого нежданно-негаданно свалилась срочная работа.

Я расслабленно еду домой. Машина становится капсулой, которая спасает меня, как матка эмбрион, от посторонних звуков, чужой суеты и от всего мира. Я как будто отделена от него глухой стеной. Ужасно хочется кому-то позвонить прямо сейчас и поболтать ни о чем, но как-то так интимно, душевно. Мечтательно думаю, что буду сейчас готовить ужин под бубнеж включенного телевизора, дети будут бегать и вопить, раздражая своими бесконечными вопросами или разборками, по-тихому тырить конфеты и разбрасывать по дому фантики. Собака будет спать у моих ног, не реагируя на царящий вокруг нее хаос. При этом лениво развалится на коврике у духовки, т. е. в самом эпицентре кухонной битвы за отличный ужин. Я буду тихо и иногда громко поругиваться, спотыкаясь об него, переступая и перешагивая при любом движении вправо или влево. При этом мой верный сфинкс даже не приоткроет ни одного глаза.
За ужином все будут смеяться и болтать с набитыми ртами, ронять на пол крошки, разливать сок и по очереди бегать на кухню за соусом, солью, вилкой, тряпкой и т. д. Потом повскакивают со своих мест и моментально разбегутся по дому, как будто ужин отвлек их от страшно важных дел, которые наконец-то, под завязку заправившись белками, жирами и углеводами, можно продолжить. Я останусь одна со своей полупустой тарелкой и буду медленно есть, глядя в окно.

Наконец, наступит время, когда все разбредутся по своим кроватям. Мое время. Время тишины, личных дел и плавных мыслей. Тикают часы. Я обожаю их за то, что они тикают. В цифровые времена это такой сладкий и уютный звук. Я специально завожу их, но не удосуживаюсь выставлять время. А зачем? Мне не нужно, чтобы они сообщали мне который час. Сейчас это написано на любом домашнем «звере», воткнутом в розетку или имеющем в своем нутре батарею. Цифры, мониторы и дисплеи глазеют на тебя изо всех углов жизненного пространства. От этого круглого, на старинный манер, будильника с двумя звонками-пипочками наверху мне нужно только одно – тикать, делая тишину домашней и вкусной. Как и от часов с боем в столовой. Настройки сбились, отбивают они совсем не то, что показывают, но никто не порывается привести их «мозги» в соответствие с «лицом». Совсем не то от них требуется. И при всем этом антураже обязательно забраться с ногами на диван или большое мягкое кресло, зажечь в углу лампу, чтобы где-то в глубине комнаты было темно, а ты сидел в ярко-желтом пятне и что-то листал.
Пятничный вечер. Нет ничего более томного. Пятница – горячо, суббота еще сохраняет тепло, а воскресенье уже веет прохладой понедельника. И этим славным вечером меня будет греть мой дом и бардак в детской, привядшие без полива цветы, темный и лысый зимний лес вдалеке за окном. Бывает я даже боюсь размеров любви к этому созданному по крупинкам миру. Она, как пуповина, кормит меня, но и крепко держит на привязи. Я боюсь совсем свалиться в бытовые приключения, а столь модный ныне образ активной и увлеченной карьерой барышни остается невостребованным.
Хотя… Нужно доверять глубинам своего сознания. И они нашептывают мне, что никакое офисное «сражение» не сравнится с тиканьем моего старого будильника…