В семнадцать у меня была девушка с довольно редким именем и совсем уж не рядовой внешностью. Если упомянуть пару эпитетов - знающие меня в те времена сразу вспомнят, о ком речь. Как-то вечером, примерно в эту пору, она сказала мне: "Ты сходи к отцу в гараж, посмотри, достаточно ли инструментов для ремонта". Я, еще не осознавая, что как раз через год начнется эпоха нескончаемого переустройства, рассеяно спросил: "Кого ремонта?" Девушка с обезоруживающей улыбкой ответила: "Ну на даче, мы ведь летом там будем жить". Пришлось что-то пробурчать в ответ и срочно собираться домой.
Слабая метель вылизывала лицо, редкие фонари царапали желтым, моя оболочка хрустела по снегу. Внутри я был опустошен. "Гарантированные отношения?! - сокрушался я. - Ремонт через полгода? Размеренная жизнь?!" Да я ведь не подписывался под всем вот этим, строил разве что эмоциональные планы!
Всю жизнь я избегал повторения матери учения, всегда настраивал себя на импровизацию, на свободу - даже старался не ходить одной дорогой. В моем представлении жизнь оставалась набором "совершенных мгновений", отчаянных поворотов, безудержных страстей, отчаянных песен и плясок, бессмысленных и невероятных откровений!
Я остановился перед своим подъездом со снежным кляпом во рту. Рванул дверь, словно намеревался чинить ее, а не какую-то дачу. На лестнице было сумрачно и сыро. Газеты в почтовых ящиках, открытый ларь с песком, чей-то "бычок" в банке и все это мутное марево исподнего хрущевки словно бы транслировало главную новость: "К нам топает весна". Я умею подтверждать добрые вести.
Достаточно выбрать "правильную" музыку. В тот вечер я потянулся к альбому группы Yes. Надо сказать, у меня не было особого критерия отбора музыкальных откровений - раз в неделю я шуровал в звукозапись и по наитию заказывал себе альбомы сначала 1975-ого, года моего рождения, потом 1974-ого. Таким вот методом неосознанных итераций за несколько недель до описываемых событий я добрался до альбома "Relayer".
Меня плавила песня "Soon". В ней гудели ручейки и дрожали ступеньки. Она звала наверх, с брызгами и шумом тепла. Я окунулся. И вдруг понял, что уже вошел в рифму, что солнце уже ведет нас к цели быть здесь.
Утро вечера мудренее. Распластался, гуля гитарную партию... А проснулся без дачи и инструментов. Январской весной. С другой любовью в сердце.