…Дважды вдова и католичка – менее подходящей невесты для принца Уэльского сложно было придумать. Так думали все. Но только не принц Георг. Мария Фитцгерберт стала его возлюбленной и женой, и даже несмотря на последующий брак и другие увлечения, умер он с портретом этой женщины на груди…
Мария – дочь баронета Джона Смита – родилась в 1756 году. Католическая семья, хотя и владела немалыми земельными угодьями, в Англии относилась к числу людей «второго сорта». Увы. Со времен Тюдоров католики обладали не всеми правами обычных граждан. Налоги они платили вдвое больше, учиться в крупных университетах не могли, и даже приобретать новые земли – ни-ни! Неудивительно, что при таких заметных ограничениях в правах, Смиты предпочли обучать свою дочь во Франции.
Когда девушка вернулась, она уже знала, что ее ждет: замужество. Это была типичная ситуация для восемнадцатого века. Эдвард Уэльд был старше невесты на 16 лет, но зато располагал немалым состоянием. Их обвенчали осенью 1775 года.
В замке Лалуорт, где Мария стала хозяйкой, жизнь ее потекла мирно и благополучно. Возрастный супруг восхищался юной и образованной женой, вся округа с удовольствием приезжала к ним в гости. В атмосфере обожания и веселья прекрасная Мария расцвела еще больше. Это была утонченная блондинка, живая, с юмором, умеющая увлечь собеседника интересной темой для разговора.
Но когда все идет слишком хорошо, непременно жди беды – муж Марии упал с лошади и погиб. У молодой женщины не было детей, а Эдвард Уэльд не оставил завещания. Как раз по этой причине Мария осталась ни с чем. Ей пришлось покинуть замок, и вернуться к отцу.
Когда и при каких обстоятельствах будущая королева встретила второго мужа – точно неизвестно. Однако Томас Фитцгерберт оказался не менее удачной партией, чем первый супруг Марии. Он был состоятелен и сразу подготовил завещание, чтобы обеспечить свою жену на случай вдовства. Оказалось, что это был предусмотрительный шаг. Томас скончался в 1781 году, а Мария… осталась обеспеченной женщиной.
Она была слишком привлекательна и умна, чтобы прозябать в провинции, поэтому вдова Фитцгерберт вскоре переехала в Лондон. Принадлежность к аристократии (пусть и не самого высокого ранга) и солидное финансовое состояние открыли ей двери во многие знатные дома. И как раз благодаря этому в 1784 году произошла встреча Марии с принцем Георгом.
Принц Уэльский имел не самую лучшую репутацию, его знали в обществе как волокиту, пьяницу и любителя острых ощущений. Однако Мария его заинтересовала всерьез. Настолько, что он сделал ей предложение.
Это было невозможно, абсолютно нереально. Католичка, вдова, далеко не принцесса. В Англии даже имелся специальный закон, запрещающий наследникам престола жениться на женщинах иного вероисповедования. Да что там, принц крови, стоящий так близко к трону, разрешение на брак должен был спрашивать у короля и у Парламента!
Но Георг ни у кого не спросил. Цена вопроса оказалась – пятьсот фунтов. За такую сумму один священник согласился обвенчать принца с Марией Фитцгерберт.
Король, конечно же, был в гневе и шоке. Но его душевное состояние уже в ту пору оставляло желать лучшего, поэтому Георг мог себя чувствовать относительно спокойно. Он был счастлив. Мария, с которой он жил в ее лондонском доме, рожала детей. Но, конечно же, их нельзя было считать наследниками престола.
Георг не отличался постоянством, и это было главной причиной их скандалов. А еще он кутил, играл, да так, что задолжал 500 000 фунтов. Эти деньги из своих собственных средств выделила… Мария Фитцгерберт.
Король Георг III вышел из себя. Похождения сына давно доставали его, но теперь это превысило все допустимые пределы: тайная (хотя какая тайная – вся Англия знает!) жена, дети от нее же, долги, распутство и пьянство. Государь постановил: женить сына. Немедленно. На принцессе.
К тому моменту, когда выбирали невесту, отношения между Георгом и Марией дали трещину. У принца появилась любовница, с которой он открыто появлялся повсюду. «Законная жена» была оскорблена. Они стали видеться реже. Но когда в Лондоне появилась Каролина Брауншвейгская, и когда произошла первая встреча принца с невестой, Мария снова ощутила всю силу любви Георга. Он снова неотлучно находился при ней, осыпал подарками и клялся в верности.
Союз принца Уэльского и Каролины Брауншвейгской был провальным и несчастным – в первую очередь, для новоявленной принцессы. Георг ненавидел ее, постоянно оскорблял и вел себя просто вызывающе. После того, как Каролина родила ребенка – на этот раз, законную престолонаследницу, он забрал девочку, исключительно из желания отомстить.
Но ситуация была двусмысленной. Ведь Мария Фитцгерберт была такой же законной женой Георга! Их брак осуществился, тому был свидетель. А значит, свадьба с Каролиной не имеет законной силы? В пятнадцатом веке рассудили бы именно так. Но на дворе был конец 18-го. И Англия больше не была католической страной. Так что, когда Мария обратилась в Ватикан, с просьбой признать ее права как законной принцессы Уэльской, и папа их подтвердил, в Лондоне только улыбнулись. Какое дело до того, что скажет Рим? В Англии своя, англиканская церковь. И по ее канонам, Мария никакая не жена наследника престола. Любовница, каких много.
Георг и Мария то сходились, то ссорились. Спустя какое-то время принц увлекся леди Хартфорд, и с легкостью отказался от прежней пассии. Он был уже регентом при больном отце, и чувствовал себя намного уверенней, чем прежде.
Король Георг III скончался, и на престол взошел принц Уэльский. Мария Фитцгерберт стала…королевой? По логике пятнадцатого века – безусловно. Но в восемнадцатом все права были у Каролины Брауншвейгской. Правда, и ее Георг лишил всех титулов.
Мария умерла в 1837 году, пережив своего неверного мужа-возлюбленного. Она знала, что в завещании Георг попросил повесить ему на шею медальон с портретом Марии. Чтобы навеки упокоиться рядом с ней. Это было явное свидетельство его любви – нескладной, нелогичной, но, безусловно, очень яркой. Хотя многие в Англии сомневались, что Георг вообще способен кого-то любить.
Подписывайтесь на канал Ника Марш и читайте больше увлекатльных статей по истории России и Европы!