Артиллерийский обстрел оборвался внезапно. Отряхнув землю и пыль, поднятые близкими разрывами, сержант Николай Новичков припал к окулярам стереотрубы.
-Вот изверги!- вырвалось у него.
Молоденький боец, прибывший недавним пополнением, испуганно прильнул к старшему товарищу.
- Что такое?
- Всю красоту попортили. Зелень-то какая была. А сейчас, - сержант уступил место солдату, - погляди.
Зеленеющая первой травкой нейтралка была обезображена до неузнаваемости. Вспоротая снарядами, опаленная гарью, земля словно покрылась болячками.
- Война же,- не понимая возмущения сержанта, отстранился от стереотрубы солдат.
- Война, война,- недовольно буркнул сержант, вновь припадая к окулярам. И тут он распалился с еще большей злостью.
-Вот губители! Вот людоеды!..
- Что такое? – забеспокоился боец.
-А то… Ты видел берёзку, что чуть в сторонке стояла? Так вот ее фашистские осколки посекли. А по ней в самый раз сейчас живительные соки двигают. Погибнет берёзка.
Николай Нивичков выпрямился, на мгновение задумался, что то соображая.
- А ну-ка достань бинт! – распорядился он. – Поглядывай за мной. В случае чего…
Прижимаясь к земле, сержант пополз по направлению к березке. Ударил пулемёт противника. Заметили!
- Убьют ведь, - зажмурился солдат. В ответ разнеслась очередь нашего станкача, и солдат открыл глаза. Он увидел сержанта. Тот, лежа на спине, чем то замазал, а потом начал бинтовать рваный опаленный ствол березки.
Солдату показалось, что сержант, прежде чем кубарем скатиться в лощину, погладил деревце…
Пулеметная дуэль продолжалась. Сержанта не было видно. Но вот зашуршала земля, и он свалился на дно траншеи.
- Уф,- облегченно вздохнул молодой боец, словно это он, а не сержант, спасал под пулями березку.
А сержант пилоткой смахнул пот с лица, устало улыбнулся:
- Теперь оживёт.
- А если бы убило? Стоило ли из за дерева рисковать?- спросил солдат.
Сержант промолчал, но посмотрев в стереотрубу, радостно произнес:
- Ишь, ожила, родимая. Это не только березка. Краса нашей жизни это.