В Тюмени в рамках дела о взыскании алиментов суд назначил генетическую экспертизу, в результате которой было установлено, что ответчик действительно приходится отцом дочери истицы. Но выяснилось, что в заключении отсутствуют некоторые необходимые данные, да и исследования проведены не в полном объеме, поэтому принять их в качестве доказательства - невозможно.
Жительница Тюмени Оксана Мамаева (фамилии изменены) обратилась в Центральный районный суд города с иском против Эдуарда Кононенко. Она заявила, что мужчина приходится отцом ее 6-летней дочери, и потребовала от него алиментов. Суд назначил генетическую экспертизу.
В качестве вещественных доказательств были взяты образцы крови у истицы 1986 года рождения, ее дочери Софьи Мамаевой 2013 года рождения и Эдуарда Кононенко 1983 года рождения. Карты с образцами были высушены при комнатной температуре и упакованы в промаркированные бумажные пакеты. В присутствии подэкспертных был составлен протокол изъятия образцов.
Эксперт выполнил молекулярно-генетическое исследование. Выделение ДНК из образцов производилось с помощью ионообменной смолы производства США на основе инструкции фирмы-производителя. Для мониторинга возможной контаминации при выделении ДНК использовался отрицательный контроль. Затем препараты ДНК анализировались. Типирование полиморфных STR-локусов проводилось в мультиплексном формате с помощью полимеразной цепной реакции с использованием энзиматической амплификации. После этого продукты полимеразной цепной реакции фракционировались с помощью капиллярного электрофореза. Полученные результаты были проанализированы.
Установлено, что для каждого из исследованных STR-локусов в геноме заявленного отца обнаруживается аллель, который формально совпадает с аллелем условного отцовского происхождения в геноме ребенка. Т.е., ПДАФ-профиль ребенка формально полностью соответствует таковым - заявленного родителя. Совпадение можно считать закономерным, поскольку вероятность родства, установленная экспертизой, - не ниже 99,9999967546%.
Однако Эдуард Кононенко с выводами не согласился, он был убежден, что Софья - не его дочь. Мужчина заказал рецензию.
Анализ показал, что, несмотря на точность судебно-медицинской молекулярно-генетической экспертизы, исследования проведены не в полном объеме. Все дело в том, что экспертом было нарушено материально-техническое обеспечение метода. Оно выразилось в отсутствии сведений о компетенции, уровне и специфике образования, стаже работы лаборанта, производившего забор образцов крови. Кроме того, нет сведений о дате производства и сроках годности использованных в исследовании наборов химических реагентов. Нет данных анализа матричной активности ДНК, выделенной из исследуемых образцов (т.е., ее качественной и количественной оценки). Отсутствуют сведения о метрологическом контроле применяемых в исследовании технических средств. При заборе биологических образцов нарушены были положения ст. 35 № 73-ФЗ.
Внимание рецензента привлекла также формулировка вопроса, поставленного перед экспертом: «Является ли Эдуард Вячеславович Кононенко биологическим отцом ребенка …?». В соответствии с Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации № 346н от 12 мая 2010 года, генетическая экспертиза по поводу спорного происхождения детей отвечает на следующие вопросы:
- исключается или не исключается отцовство или материнство индивидуума в отношении ребенка?
- если отцовство (материнство) не исключается, то какова вероятность того, что полученный результат не является следствием случайного совпадения индивидуализирующих признаков неродственных лиц?
Поэтому вопрос, поставленный судом на разрешение эксперта, неправильно сформулирован.
Помимо этого, была нарушена процедура разъяснения прав и обязанностей эксперта, а также предупреждения его об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Соответствующая подписка должна даваться до начала исследований. Но в рецензируемом заключении этого быть никак не могло, поскольку на одной странице с подпиской указана и дата окончания экспертизы. Но разве можно было заранее предугадать, сколько дней займет исследование? Значит, подпись была в действительности поставлена после распечатки текста заключения на принтере.
Установленный факт является грубым нарушением порядка производства судебной генетической экспертизы и действующего законодательства.
Согласно рецензии, полученные выводы не являются исчерпывающими, в связи с чем, заключение не может являться допустимым доказательством, а выводы экспертизы не могут быть положены в основу судебного решения.
По делу была назначена повторная экспертиза.