Есть такой современный анекдот:
Молодой татарский парень приходит домой, садится играть за компьютер, вокруг вьется его маман, апа бальзаковского возраста, и все причетает: "Вот Ильдар, начал бы ты встречаться, у нас в подъезде такая хорошая девочка есть, Айгуль, твоего же возраста..."
Парень перебивает ее: "Мама, я не буду встречаться с Айгуль. Я уже встречаюсь с Серёжей из соседнего подъезда".
Ошарашенная мама только из себя и выдавила: "Но ведь, Серёжа, он же это.. русский!"
Все это только анекдот. И принцип "Урыс гына булмасын" - "Лишь бы не русский" давно не определяет ни поведение молодых людей, ни их родителей в своей массе. А вот про однополые отношения (не обязательно ваши, например, вашего одноклассника или одноклассницы, о которой ваша мама даже в курсе и периодически идя по чек-листу в своей голове справляется, не женился ли он или не вышла ли замуж она) мы, татарстанцы, до сих пор не говорим свободно, какой бы национальности или возраста мы ни были. И вовсе не потому, что хочется, но страшно: например, родителей бальзаковского возраста в таком признании разочарует самое главное - а как же дети? Дети это ценность, в отличие от абстрактного греха или сомнений в физиологичности. Я думаю, это поколение так и доживет в счастливом неведении о многом, ну а мы... Мы нет, а что будут скрывать от нас, мы не узнаем.
И тем забавнее было, когда я осознал, что именно в татароязычных семьях уклониться от нежелательных деталей в распросах было бы легко, и никакие оговорочки по Фрейду не позволят вас загнать в угол.
Мы с женой в свое время успели побывать в Финляндии и посетить выставку Туве Янсон. Когда моя мама спросила, кому и чему еще была посвящена выставка, я поймал себя на мысли, что, если бы моя мама не была русскоязычной, то на татарском я бы сформулировал мысль более метко:
Күргәзмә Тувенең ТОРМЫШ ИПТӘШЕНӘ Тууликки Пиетиләгә дә багышланган иде
Но пришлось замяться, и сказать
Выставка была посвящена еще и спутниЦЕ жизни Туве, Тууликки Пиетиля
В чем разница между тем, что я хотел бы сказать, и тем что пришлось в следующем: татарское ТОРМЫШ ИПТӘШЕ - "спутник/спутница жизни" носит совершенно широченный спектр вариантов смыслов, недоступный ни одному из русских аналогичных выражений, где такие детали как род сразу "снимают вырождение признаков", неизвлекаемых из татарского варианта. Да, в татарском языке у слов нет рода, читай, пола и ориентации, и кто бы мог подумать, что есть ситуации, где мне, привыкшему к родам русскоязычному, это было бы удобно. Но еще, ТОРМЫШ ИПТӘШЕ совершенно одинаково употребимо без какого-то разделения, приоритетного использования, негативного или позитивного оттенка также одновременно и для брака, и для внебрачных отношений, для отношений нынешних, и бывших. То есть, на панихиде 80-летнего артиста могут дать слово его законной или давно разведенной супруге того же возраста, и там "тормыш иптәше" не будет звучать фразой, подобранной от невозможности подобрать более корректную, в то время как от "спутника жизни" в русском языке веет женщиной за 40, подобравшей жить зэка без оформления отношений, потому что квартиру надо все-таки детям от первого и возможно так и не разорванного брака оставить.
Вообще, знакомым с татарским менталитетом, где семейным ценностям (а также ценностям "не ударить в грязь лицом своим семейным счастьем перед родней и соседями") может показаться существование такого оптекаемого понятия в наш турбулентный век чем-то нелогичным. Казалось бы, вот как должны были начать называть в советское время жену женой, мужа мужем, так и не должны были консерваторы ничего менять. Но тут с версиями спешит линвистика: в татарском нет укоренившегося в русском разделения слов "муж"-"мужчина" и "жена"-"женщина". Да, в татарской версии бланка свидетельства о браке буквально написано, что фамилии присвоены "женщине" и "мужчине", и с точки зрения половоравноправного советского татарского языка муж называет жену "моя женщина", а жена мужа "мой мужчина". Нет, в общем, специальных слов для специфически гендерных ролей в семье, ну и в документе речь о констатации физиологического факта. Понятно, что в семье потом муж с женой придумают друг другу забавные прозвища в честь милых зверушек, а может быть жена будет послушно называть мужа "хуҗам" - "мой хозяин", но так или иначе, красивого, достойного юбилеев и панихид слова или словосочетания, кроме ТОРМЫШ ИПТӘШЕ в реалиях 20 века не оказалось. А реалии века 21 раскрыли в нем и другие скрытые возможности, о которых предки даже не предполагали.