Какой смысл в любви?
- Какой смысл в любви, если она несёт разрушение? – печально сказала Принцесса. Печально, задумчиво, а еще очень негромко, так что Джон едва разобрал слова.
- Какие разрушения, милая? – крикнул он, одновременно изучая стену на наличие выемок и выступов, по которым можно было бы взобраться наверх.
- Сплошные разрушения! – девушка заговорила громче. – Посмотри вокруг! Вон там была ферма. А что сейчас? Обугленные развалины. А там – на востоке? Там был такой чудесный пруд… Теперь черная земля. Вон – сожженная роща. А вон – мельница с покорёженными лопастями.
- Это всё Дракон?
- Это всё мой отец! Дракон лишь исполнитель, и делает то, что ему говорят. Принцы и рыцари приходят толпами, пытаясь вызволить меня из башни. Сражаются с Драконом. - Пока она говорила, Джон начал трудный подъем по вертикальной и почти гладкой стене.- Эти герои гибнут сами и губят других. Они хотят только одного – получить приз – то есть меня! Им всем наплевать на мои чувства! Как и отцу… Как и тебе…
- А Дракон? – кряхтя (лезть было довольно тяжело), спросил Джон.
- Что Дракон? – Принцесса впервые за все время посмотрела вниз, до этого ее подбородок был высоко вздернут, а мечтательный взгляд обращен куда-то вдаль.
- Его ты не винишь? Совсем?
- Он животное! Как можно его винить?
Нога Джона потеряла опору, и он повис, удерживать лишь пальцами одной руки. Разбиться – не разобьется, еще не очень высоко, но все равно жаль затраченных на подъем усилий.
- Животное? – переспросил он, обретя наконец некоторую устойчивость.
- Дракон… Он, как большой кот… - мечтательно поясняла Принцесса, - или как сторожевой пёс… Нет… Он, конечно, не кот и не пёс… А Дракон! Он терпеть не может чужих. Когда являются принцы с этими их шпагами, перьями в шляпах и с пафосными речами, или рыцари, обвешенные железяками – он злится…
- Да, это раздражает… - пробормотал Джон себе под нос, преодолевая очередной ряд каменной кладки.
- Дракон их жжет, ест их лошадей. Особо рьяных убивает, конечно. Большинству же дает возможность сбежать, унося свои жалкие душонки, помятые доспехи и клеймо позора на воинской чести. Дракон груб и у него очень странное чувство юмора. Но, когда никого нет, он очень милый…
- Значит, считаешь его милым? – выкрикнул Джон.
- Да уж милее, чем вы – рыцари, принцы, бароны, маги! Все, кто проходит зачем-то меня освобождать! Вам нужна моя рука и моё – нет, не сердце – королевство! К тому же этот зверь единственный, кто находился рядом со мной последние пять лет. Все меня бросили… Отец говорит, что он из великой отцовской любви заточил меня в эту башню! Он, якобы, желает мне счастья! Мол, лишь тот достоин стать моим мужем, кто станет за меня бороться, не побоится сразиться с Драконом! Тот, кто победит крылатого зверя, докажет истинную свою любовь. Но на самом деле, они доказывают лишь то, что любовь несет разрушение! И неизвестно какая любовь хуже – настоящая и безумная, как у моего отца, или фальшивая и притворная, как у желающих заполучить трон, женившись на мне! Дракон же всегда рядом… Пусть он не человек, но он слушает мои песни и мои сказки…
- Небось, сама сочиняешь? И в твоих этих сказках наверняка прекрасные мужественные принцы освобождают томящихся в заточении принцесс? – Джон отдыхал на случившемся по пути выступе.
- Откуда ты знаешь?! – взволнованно воскликнула принцесса, перегнувшись через подоконник.
- Догадался… - Джон пожал плечами. – На самом деле ты только и ждешь своего героя, который…
- Хочешь сказать, что это ты? – перебила принцесса. – Ты тот самый герой, достойный моей руки?!
- А почему бы и нет? Или тебе только твой Дракон нужен?
- Мой Дракон – зверь, но он в сотни раз умнее и благороднее тебя! И кстати, о нем! Очень скоро от твоей наглости останутся лишь дымящиеся косточки!
- А что ж он не летит? – Джон продолжил подъем.
Принцесса долго не отвечала – видимо сама беспокоилась.
- Наверное, хочет посмотреть, как высоко ты залезешь! А когда ты будешь уже под самым окном, он выглянет из-за башни, и тебя хватит удар! - Она искусственно рассмеялась.
- Ха-ха-ха! – передразнил Джон. – Ты лучше скажи, как было написано в королевском указе? «Принцесса достанется тому, кто сможет вызволить ее из башни…» Так, вроде?
- «Принцесса и королевство» - ведь за этим ты пришел? И еще нужно победить Дракона! А у тебя даже ржавого меча нет! Ты чем собрался драться?
Джон уже был под самым окном. Дракон (естественно) ни откуда не выглянул. Он подтянулся и сел на подоконник. Принцесса отступила вглубь комнаты.
- А я его заболтаю, - весело сказал Джон.
- Это ты можешь… - проворчала принцесса, явно удивленная его успехами в скалолазании.
Джон спрыгнул, осмотрелся. Снял с пояса моток веревки. Прошелся по комнате, ища, за что бы привязать ее конец.
- Вещи какие есть? Что будешь с собой брать?
- Брать? Вещи? – переспрашивала ошарашенная принцесса.
- Ну да, ты переезжаешь.
- Куда?
- Как куда? В наш дом! Я ведь тебя спас, могу на тебе жениться. А жена должна жить в доме мужа.
- Но… Я принцесса! Я должна жить во дворце!
- В доме, дворце, замке, башне… Дизайн сама придумаешь.
Принцесса помолчала, а затем спросила – как-то жалобно и тоскливо:
- А Дракон?
- Что Дракон?
- Как же… Почему он не летит? Ты… его… убил?.. – ее губы задрожали, а глаза заблестели от слез.
- Да, можно и так сказать, - Джон подошел к принцессе.
- Ты убийца! – она вдруг влепила ему пощечину, а затем отвернулась, упала на кровать и принялась безутешно рыдать. - Ты его убил! Он был моим другом! Как ты не понимаешь? Он был самым дорогим для меня существом на свете!..
- Но… - Джон растерялся. Ее слезы выбивали у него почву из-под ног. – Я тебя люблю, принцесса…
- Нужна мне твоя любовь! – выкрикивала она в перерывах между всхлипываниями. – Любовь только разрушает! Какой в ней смысл?
- Не реви, Абигейл, я и есть твой Дракон! Я это! Только огнем сейчас дышать не могу! Не узнала… Эх! А еще – «самое дорогое существо»…
- Что?! – Абигейл вскочила, удивленно уставившись на него красными от слез глазами.
- Я был заколдован. Очень долго… Ну… сама знаешь, как это бывает.
- Но… Как ты освободился?!
- Я тебя люблю. А какой смысл в любви, если ради нее ты не готов что-нибудь разрушить? Хотя бы это чертово заклятие...