Грохот услышали все. На фоне и без того не слишком тихого гула милицейского жигуленка дрязглый удар и последующее скрежетание под ногами звучало, как вопль раненного Вельзевула, которому еще и хвост прищемили.
- Трындец кардану, - сказал Мишка.
Мы вместе с Мишкой и Санычем возвращались с рейда из ***ейки. Когда работал в районке, то активно сотрудничал с милицией. Особенно задалось знакомство с «псориазом» - отделом по борьбе с преступлениями в сфере потребрынка. С ними мы часто ездили в рейды, контрольные закупки. Начальником там был Саныч – отличный, но хитрый майор с задатками интеллигента. Мишка был его подчиненным в звании летехи.
Мы остановились, вылезли из машины и заглянули под днище: кардан лежал на асфальте, позади метрах в ста валялся его обломок.
- Это не операбельно, - заметил Саныч.
- Да все ты знаешь, прям как большой, - ответил все еще рассматривающий отвалившийся кардан Мишка.
Был ранний декабрь 2007 года. Мы тормознули посреди вечерней дороги по пути в город. На улице было примерно -8: не то, чтобы холодно, но ветер с полей заставлял сопли забираться поглубже в нос – им не хотелось мерзнуть.
- Сотовый не ловит, - снова констатировал Саныч. Любил он изображать Капитана Очевидность.
- Еще б они тут ловили, вон дуры какие стоят, - Мишка махнул рукой в сторону вышек.
В пятистах метрах от дороги стояли шесть вышек – то ли станции космического слежения, то ли еще какое-то РЛС. Но факт оставался фактом – они давали такие наводки, что в радиусе двух километров телефоны показывали фигу. Местные жители утверждали, что вышки «фонили», из-за чего у коров молоко сворачивалось, а петухи несли яйца. Но я к таким рассказам относился с некоторым скепсисом.
Мы сели в машину, и Мишка задал главный вопрос:
- Чо делать будем, шеф?
Шеф думал минуту.
- Так. Корреспонента я отправить за помощью одного не могу – Устав не позволяет. Поэтому ты, Мишка, пойдешь сейчас до ****овки, найдешь там ***щенко и приедешь вместе с ним на Ниве, чтобы нас дернуть до города.
Мишка погрустнел. Вернее, сделал вид, что погрустнел. Он и сам прекрасно понимал, что идти до участкового из соседней деревни километра два придется ему. Но он был настоящим милиционером, поэтому любое поручение начальства принимал с прискорбным видом и напускной ленью.
- Ну тады ждите. Тезка, дай что ли папироску?
Получив от меня несколько сигарет на дорогу, Мишка ленивой походкой пошел в сторону ***овки.
Мы ждали около часа. Потом Саныч посмотрел на экран мобильника и начал хмуриться. По всему выходило, что Мишка обязан уже вернуться вместе с ***щенко. Но горизонт был чист, только дым из трубы крематория…
Еще через полчаса мы увидели свет фар. Около нас тормознула милицейская «Нива», из нее вышел ***щенко и спросил:
- А вы тут что делаете?
- Тебя ждем. Где Мишку потерял?
- Какого Мишку?
Саныч смутился. Саныч был обескуражен. С минуту он думал, а затем поинтересовался:
- А как ты нас тогда нашел?
- Так я вас и не искал. Ехал к тестю в ***ейку, вижу вы стоите, вот и тормознул.
В двух словах мы объяснили участковому, что полтора часа назад за ним был отправлен бравый боец в звании лейтенанта, который с тех пор не выходит на связь.
- Ну давайте мы вас сначала с дороги уберем, а потом уже будем бойца искать, - ***щенко поражал глубиной своей мудрости.
Мы цепанули трос и тихонько поехали в сторону ***овки. И я, и Саныч всматривались в темноту, силясь различить фигуру потерянца на обочине. Но дорога была пуста.
Приехав в опорный пункт соседней деревни, один капитан, один майор и один рядовой запаса (то есть я) включили всю свою дедукцию и пришли к выводу, что надо найти мишкины следы. Вот только где искать, непонятно: полуторакилометровый участок от места поломки до границы деревни давно перемело снегом, а в самой деревне даже не у кого было спросить – все по домам попрятались.
Тогда мы начали разрабатывать все этапы спасательной операции. Сходили за печеньем. Продолжили разрабатывать. И вот только-только в голове начало вырисовываться спасение Мишки из лап злых курдских фермеров, как на улице зарокотал мотор. ***щенко выглянул в окно и удивленно сказал:
- Интеррррресная конструкция!
У крыльца стоял снегоход местного коммерса. Он считался состоятельным по меркам деревни человеком, потому что владел полутора ларьками, автомастерской в гараже, старым снегоходом, новым (пятилетним) УАЗиком и двумя телегами.
Одна из этих телег на полозьях была прицеплена к снегоходу, а в ней на какой-то ветоши сидел Мишка. Когда он зашел в помещение, оказалось, что лицо его стало какого-то сероватого цвета, а вокруг бровей выросли сосульки. Саныч тут же налил ему чаю. И даже поделился сушками. Вот что значит, настоящий командир.
Пока Мишка сербал, коммерс нам рассказал ламповую историю.
Ехал он себе, значит, домой из ларька на противоположном конце деревни. Решил срезать через рощу, что на окраине. И проезжая по ней услышал крики. Ну как крики – хрипы со стонами вперемешку. Остановившись, он не сразу понял, откуда идет звук – впереди фара не высветила никакой фигуры, да и вокруг вроде тоже было чисто. Но хрипы раздались снова, откуда-то сверху. Посветив фонариком в деревья, коммерс увидел сидевшего на ветке Мишку.
Тут немного отогревшийся герой уже сам включился в разговор:
- Ну я вдоль трассы прошел, наверное, с километр. А потом вижу – нормальная такая колея идет в сторону рощи. Я и решил сократить путь – так ведь быстрее было бы минут на 15. Иду-иду, а потом слышу смех такой приглушенный. Ну я и вспомнил, как ты, Саныч, мне рассказывал про кабанов, которые издают такие звуки. А чо я, кабанов что ли не знаю? Могут и порвать, они сейчас голодные. Я и залез на дерево. Сижу, никого нет, звуки тоже прекратились. Решил слезть, а потом понял, что не могу – ноги замерзли, руки замерзли, только ствол и могут обхватывать. До земли метра три, сугробы маленькие, с такими ногами я бы себе что-нибудь сломал бы точно.
- Дурак ты, лейтенант. Так ты третью звездочку не получишь. Я когда про кабанов рассказывал? Когда мы пьяные байки травили. А ты поверил. Тем более, какие тут кабаны – здесь РЛС под боком, у коров молоко киснет, у кабанов бивни не растут.
Хочешь больше историй с милицейских рейдов? Подписывайся и ставь лайк.