Фу…, и тут вроде бы пошло дело. Но всё равно, забот у меня не убавлялось, просто они переходили в иную стадию и довольно хлопотливую. Теперь действительно, нужно оградить столовую от проникновения солдат, которые лезут сюда, чтобы украсть часть продуктов. Ещё утром приказал сержанту Секунову подготовить гвозди с молотком и сейчас пошёл банально забивать окна в залах. Гвоздей, конечно, не хватило и пришлось азартно дежурить у не заколоченных окон. Ждал недолго. Большинство солдат потыркавшись в забитые окна и запертые двери, покрутившись вокруг большого здания столовой, удалились в подразделения, но самые упёртые продолжали искать лазейку. Стучали в окна, орали зальным и другим, чтобы те их запустили во внутрь, угрожали и в конце концов нашли одно не забитое окно и стали его тихо открывать, не замечая того, что там уже сидел в засаде дежурные по столовой с большим поварским половником.
Едва скрипнув, половинка окна распахнулась и появилась голова солдата. Оглядела помещение, отвернулась и кинула своим подельникам: - Пусто..., никого... Сейчас залезу и открою дверь и возьмём за жабры поваров....
Снаружи послышался нестройный хор одобрительных голосов, и голова в окне поднялась ещё выше: солдат уже с ногами залез на подоконник и приготовился спрыгнуть на пол. Но тут из полумрака помещения, как бестелесное привидение, появился дежурный и стукнул оборзевшего солдата поварёшкой в лоб. Бил не сильно, хотя хотелось, но достаточно, чтобы солдат, получив удар и замерев на несколько мгновений на подоконнике, выпучил глаза в изумлении и от боли и рухнул обратно на руки подельников.
- Ааааа..., - торжествующе заорал я, воинственно круча здоровым половником, - кто следующий?
- Вот на фуя так делаете, товарищ прапорщик? - Послышалось из-под окна.
- Аааа..., так ещё и непонятно, что воровать плохо..., - перегнулся через подоконник и вслепую нанёс ещё один удар и попал, правда уже по мягкой части. Кто-то взвыл от боли и несколько солдат, матерясь, побежали от столовой в сторону казарм.
Постепенно всё столовой входило в нормальное, рабочее русло. Из комнаты поваров я позвонил в батарею и вызвал к телефону старшину, который до половины ночи собирался делать ремонт в помещении огневых взводов.
- Саня, нужны две простыни. С моющими средствами у меня швах, так я ими тарелки протирать буду, а то утром дежурный врач хрен мне разрешение на завтрак даст....
- Боря, да у меня и так недостача простыней и наволочек, - заныл Саня Корытов, - а ты целых две просишь....
- Саня, а мне по хер на твою недостачу. Это твоя недостача. У меня во взводе все три гаубицы и машины на месте и не забывай, что я стою в столовой вместо тебя. Так что не ной, а присылай с кем-нибудь простыни...., - и положил трубку на телефон, даже не сомневаясь, что простыни будут. И действительно, через пятнадцать минут в дверь центрального входа заколотился дневальный по батареи.
- Ну и ругался старшина, товарищ прапорщик, когда эти простыни давал, - весело доложил солдат, передавая небольшой свёрток.
Спрятав простыни, пошёл по залам, с удовлетворением отмечая, что здесь не требуется моего вмешательства. Каждый солдат знал своё действо, поэтому подгонять не приходилось. В посудомойке тоже шла дружная работа. В жаре и густом пару все шестеро споро и весело мыли посуду. Варочное меня не беспокоило, здесь распоряжались повара. Сами варочные мыли котлы, а пять поваров готовили себе еду из полученных продуктов. В это действо вмешиваться не стал, так как это была традиция. Часа через два и мой наряд начнёт жарить себе картошку с мясом. А вот картофелечистка встретила меня унылой тишиной и дымным чадом. Жидкая струйка сизого дыма, воняющая палёной изолентой, тянулась из глубины картофелечистного агрегата. Сдох он... Рядом уныло выстроился маленький строй во главе с Осмаевым.
Пока работала картофелечистка, успели начистить килограмм пятьсот и ещё осталась тонна. Да..., вот это уже была проблема и её нужно решать прямо сейчас.
Выругался матом, правда, выругался осторожно, так как чеченец Осмаев, как и остальные чеченцы, очень болезненно относился к некоторым крепким оборотам: - Ладно, Осмаев, пошли решать проблему...
В комнате поваров, куда мы зашли, вновь присел к телефону и соединился с батареей: - Корсуков, старшину к телефону.
В батарее от наряда в распоряжении старшины оставалось около пятнадцати человек, выполняющие роль рабочей команды для ремонта. Вот её я и собирался полностью забрать.
- Саня. У меня проблема - сдохла картофелечистка. И хочу на полночи забрать всех, для чистки картофеля. А то завтра завалю ужин...
- Боря, ты что охерел что ли? У меня тут ремонт... Нет... - не дам. С меня завтра комбат за ремонт спросит.
- Саня, тебе напомнить, что я сейчас вместо тебя стою дежурным по столовой... Это ты сейчас должен дёргаться..., а не я. Так что не выкобенивайся, раньше работать надо было.... А вместо этих людей вон суточный наряд используй по полной, а то они сейчас там балдеют.
- Да вы меня все зае…ли. Что ты мне тыкаешь - раньше..., раньше надо было работать.... Да я б сейчас лучше бы по столовой стоял, чем тут трахаться. - Дальше вообще всё слилось в невнятное бормотание и когда он замолк, я тут же предложил.
- Саня, ловлю на слове. Я суточным нарядом делаю всю побелку у огневиков и что там у тебя запланировано на ночь, а ты заступаешь по столовой. Раз здесь тебе лучше.
В трубке повисла продолжительная и озадаченная тишина, вынудившая меня спросить: - Саня.., ты тут? Саня....
- Тут я..., тут.
- Ну, так что? Я иду в батарею, ты мне всё рассказываешь, что надо делать, забираешь всех людей и сюда...
Из трубки донёсся протяжный вздох, а потом недовольный голос: - Ладно. Сам придёшь забирать людей или кого пришлёшь?
- Зачем сам? У меня старшим в картофелечистки Осмаев, он и придёт..., - положил трубку и про себя сказал, - Слабак, Саня. Если всё было наоборот я бы его на фуй послал....
- Осмаев, иди в батарею и веди сюда всех. Пусть только ножики, у кого есть, свои заберут. Осмаев, ты чего стоишь...? Иди... Я и сам знаю, что рабский труд непроизводительный, но другого выхода у нас нет. Будем заинтересовывать.
Через пятнадцать минут картофелечистка была заполнена хмурыми и недовольными бойцами батареи. И негромкое ворчание, когда я зашёл, было далеко не дружелюбным. Но мне было плевать и учитывать настроение пятнадцати солдат, когда я должен был накормить полноценным ужином две с половиной тысячи, в том числе и их. Поэтому и начал тоже экспрессивно и с напором.
- Парни, хорош метать в меня молнии - ничего у вас не получится. Будете здесь сидеть и чистить картошку. Всё..., всё... тихо..., хорош бузить... Тихо я сказал. Сначала выслушайте меня, а потом уж подумайте - Стоит ли бастовать или нет? Начну с негатива.... Если начнёте открыто бастовать... Не советую. Вы меня знаете и на понт не возьмёте. Земля она круглая и вы рано или поздно, каждый из вас, всё равно прибежит ко мне с какой-нибудь просьбой, с которой к комбату или СОБу не придёшь. Подумайте об этом. Мы раньше всегда к обоюдному удовлетворению решали все вопросы. И я никому не отказывал.
Если филонить будете и не выполните тут норму, которую я сейчас установлю - устрою репрессии. В чём они будут заключаться? Будете вы бастовать или будете филонить - всё равно вы будете находиться здесь до двух часов ночи. Никто отсюда не выйдет. Ровно в два часа я вас отпущу спать. Но вот уж на завтрак вы получите то, что вам положено и на обед тоже. А на ужин картошки вы хрен получите. Вот на завтраке стану у столов и лично проконтролирую, чтобы вы не получили сверх нормы, как это вы накрываете для себя, когда батарея в наряде. Про ваши просьбы и вопросы, возникшие у вас в будущем я уже говорил. Лучше не подходите, я сумею напомнить, как вы ко мне жопой повернулись...
Если же мы будем работать нормально, то обещаю - в два часа ночи вы будете накормлены "от пуза" жаренной картошкой с мясом. Ну и на завтраке, обеде и ужине, всё как положено, когда батарея стоит в кухонном наряде. Теперь прикиньте - Стоит ли филонить? Вы бы сейчас занимались в батарее полночи грязной работой, все были бы в конце в побелке и пыли. И старшина вас картошкой с мясом не обеспечит. Тут же вы тоже работаете до двух часов, но ещё и покушаете. Так что недовольство в сторону и давайте чистить картошку. - Я вышел из помещения, даже не сомневаясь, что бойцы выберут желудок. Так оно и произошло. Через пятнадцать минут Осмаев доложил - Энтузиазм появился и все шустро чистят картошку.
Фуууу....
Прошёлся по залам и строго предупредил всех зальных - Как закончат наводить порядок - все в картофелечистку чистить картошку. От этого мероприятия освободил только посудомойку, у которых своих забот и проблем завтра будет "выше крыши".
За решением всех этих проблем незаметно пронеслось два часа, и я наконец-то решил передохнуть сам, присев за стол в варочном цеху. Но перевести дух не пришлось - в столовую заявился недовольный дежурный по полку.
- Цеханович, что за херня? - Начал недовольно наезжать на меня капитан Тимошенко, - у меня своих проблем полно, а тут я тебя должен контролировать....
- А я, что? Я не понял, товарищ капитан, что вы тут должны у меня контролировать? Я сам справляюсь. Идите к себе и службу несите....
- А что тогда ко мне начпрод прибежал и жаловаться стал на тебя? Типа, ты там не владеешь ситуацией и в позу становишься...., - капитан требовательно уставился на меня.
- Это его личное видение, а так всё нормально и под контролем. Можете пройти и проверить, - предложил я, но у капитана Тимошенко отсутствовало всякое желание даже пройтись по столовой и визуально убедиться в нормальном положении дел.
- Ладно. Раз нормально, то и дальше сам крутись, - Тимошенко повернулся чтобы уйти со столовой, но что-то вспомнил и обернулся, - да..., распорядись и через часик ко мне в дежурку жаренную картошку с мясом чтоб принесли. Скажи только, чтобы поменьше жира там было... и мяска побольше, да чтоб поподжаристей и картошка, и мясо. Всё, я пошёл.
Тимошенко величественно удалился, а я со злостью посмотрел ему в спину. Картошка для дежурного с помощником, была тоже частью традиции, но этим баловалось только половина дежурных. И был бы капитан Тимошенко нормальным и уважаемым офицером - сделал бы ему жаренную картошку. Не жалко... Но сейчас даже и не собирался... Обойдётся.
До разворачивания в дивизион, в полку была лишь одна гаубичная батарея Д-30. Ей и командовал капитан Тимошенко, а когда мы приехали сюда, он был в отпуске и батареей руководил старший офицер на батареи старший лейтенант Тебляшкин. Спокойный, уравновешенный, справедливый и грамотный офицер. И как-то раз, разговорившись с солдатом 2ой батареи, я похвалил его: - Хороший у вас командир батареи...
- Не..., товарищ прапорщик, это наш СОБ, а комбат пока в отпуске, - с горечью, коротко рассмеялся солдат.
- А когда он из отпуска приедет?
- А когда он приедет - вы сами поймёте, - загадочно ответил боец.
И действительно, дней через пять бежал я в батарею на подъём и, не добегая метров пятьдесят до казармы, услышал дикий рёв на одной ноте, доносившийся из расположения второй батареи.
- Точно, комбат-два приехал, - пронеслось в голове. Вбежал по лестнице на второй этаж, заглянул к соседям и увидел удивительную картину. Посередине просторного холла второго этажа стоял здоровый, ражий мужик в спортивной форме и, закрыв глаза, задрав голову вверх, в упоении и азарте тянул одну единственную ноту - АААААААаааааааааааа......!!!!! А вокруг него, испуганными зайцами метался личный состав батареи - Комбат 2 вернулся из отпуска.
За свои два года срочной и два года службы прапорщиком повидал и могу вполне авторитетно судить о профессиональных, командирских и человеческих качествах многих офицеров. И, как правило, это были весьма уважаемые офицеры. Были и менее уважаемые..., но их было гораздо меньше. А тут столкнулся с совершенно другой категорией - сволочной скотиной в погонах. Личный состав люто его ненавидел и также дико его и боялся. Офицеры и прапорщики с ним общались, внешне не проявляя своего неуважения к нему. Слабый артиллерист, как командир никчёмный, держащий свой личный состав примитивно "на кулаке". Трусливый и подлый. Садист. Конечно, он себя старался сдерживать, но не всегда это у него получалось и когда он срывался, то мог запросто и покалечить подчинённого солдата-сержанта. Пару раз я даже был свидетелем таких беспричинных всплесков злобы и расправы с личным составом……
Продолжение следует……