История крепости
Брест-Литовск вошел в состав Российской империи в 1795 году. Он лежал на кратчайшем сухопутном пути из Европы в Москву. Поэтому уже тогда было понимание необходимости строительства здесь опорного пункта армии. Первый жизнеспособный проект был составлен в 1807 году, однако из-за войны со Швецией его реализовать не успели. Поэтому в начале Отечественной войны граница перед Наполеоном оказалась открыта.
Строительство крепости началось только в 1836 году. На момент завершения строительства укреплений в 1842 году она являлась одной из самых мощных в России - а может быть и во всей Европе. Все-таки тогда отставание России от мира не было так бесконечно, как сейчас. На центральном острове располагалось центральное укрепление – Цитадель. На трех искусственных островах лежали еще три укрепления: Кобринское, Тереспольское, Волынское.
В 1870-х годах крепость модернизировали по проекту знаменитого Тотлебена. В частности, именно тогда был возведен Восточный форт на территории Кобринского укрепления.
До начала Великой Отечественной войны крепость пережила еще две волны улучшений и перестроек. Во-первых, в рамках подготовки к обороне во время Первой Мировой войны (впрочем, ее тогда сдали без боя в ходе Великого отступления из Польши) и, во-вторых, в 1940 году, когда после раздела Польши город попал в руки СССР.
Надо отметить, что к 1941 году Брестская крепость утратила значение военно-оборонительного комплекса и ее сооружения использовались исключительно для расквартирования воинских частей.
Накануне штурма
Весной 1941 года в крепости дислоцировались две стрелковые дивизии – 6-я и 42-я. (по штату 1941 года численность стрелковой дивизии – 14500 человек. 42 дивизия имела неполный штат и фактически была укомплектована наполовину). По оперативным планам в случае начала военных действий они были должны занять оборону на север и на юг от крепости вдоль реки Западный Буг. Саму крепость оборонять должен был лишь один батальон. Однако накануне войны часть гарнизона была выведена из крепости для проведения учений. Всего в крепости в ночь с 21 на 22 июня находились чуть больше 9000 человек.
Немецкое командование для штурма выделило 45 пехотную дивизию. Штат военного времени предполагал ее численность в 16500 человек.
22 июня ранним утром немецкая артиллерия начала обстрел крепости (план крепости немцам был хорошо известен – они ее уже брали в 1939 году). Стреляли по казармам и домам командного состава, большая часть которого погибла. Подтверждение этому находится в рапорте командира дивизии о результатах штурма, в котором указывается 100 плененных офицерах из общего числа пленных 7000.
Оборона крепости
Лишенный руководства рядовой состав пытался действовать по планам – то есть сосредоточиться на определенных точках сбора и оттуда в составе своих подразделений выдвинуться на оборонительные рубежи. Однако обстрел мостов и ворот крепости не дал этого сделать. В результате личный состав 6 и 42 дивизий был вынужден остаться внутри крепости.
Кроме того, естественным образом возникли проблемы с вооружением. До начала войны только дежурные подразделения – около 15% от личного состава - имели при себе оружие с ограниченным боекомплектом.
Также часть личного состава боевых подразделений была выведена на учения. Так что в самой крепости оставались в большей степени технические и тыловые службы. Невооруженные, раздетые, без командиров и инструкций – многие попали в плен, даже не поняв, что началась война.
В таких условиях организовать скоординированную оборону крепости было невозможно. Для этого выжившим командирам не хватало людей, боеприпасов и связи. Внутри крепости сформировались отдельные очаги сопротивления, не связанные между собой. Именно они и вошли в историю как «Защитники Брестской крепости».
В районе Тереспольских ворот продолжали сражаться группы бойцов под командованием старшего лейтенанта А. Е. Потапова (в подвалах казарм 333-го стрелкового полка) и пограничники 9-й пограничной заставы лейтенанта А. М. Кижеватова (в здании пограничной заставы). В Цитадели оборонялась «сводная группа» под командованием полкового комиссара Фомина и лейтенанта Виноградова. В северной части крепости оборону возглавил майор Петр Михайлович Гаврилов, под командованием которого были собранны красноармейцы из разных подразделений.
Однако без боеприпасов, воды и еды долго не повоюешь. Самый крупный центр сопротивления – Цитадель крепости – продержался до 26 июня. Некоторые продолжали сопротивление до 29 июня, но были уничтожены противником, сдавались в плен или шли на прорыв - безуспешно.
Восточный форт и П.М. Гаврилов
Дольше всего оборонялся Восточный форт крепости. Майору Гаврилову удалось так организовать систему защиты форта, что за семь дней все попытки штурма немцев не имели результата. Спроектированный Тотлебеном форт выдерживал выстрелы тяжелой артиллерии прямой наводкой. Тогда 29 июня в дело вступила авиация. На форт сбросили несколько бомб, однако защитники продолжали обороняться. Только попадание бомбы калибром 1800 кг вынудило Гаврилова отдать приказ о сдаче плен – контуженные после взрыва, обезвоженные, без медикаментов и почти без боеприпасов его бойцы уже не могли держать оборону.
Сам Гаврилов, однако, не сдался. Он и еще 11 бойцов прятались по подвалам и казематам, еще неделю вели партизанскую войну.
После очередного боя 5 июля майор остался один – и совершенно истощенный, только 12 июля был взят в плен, даже в этом последнем бою продолжая сопротивление.
Следующие четыре года Петр Михайлович провел в лагерях для военнопленных (в одном из них познакомился с генералом Карбышевым – автором проекта перестройки Брестской крепости 1940 года). После возвращения на родину и прохождения фильтрационного лагеря Гаврилова восстановили в звании и на службе.
Его подвиг, и подвиг всей Брестской крепости, стал широко известен только в 1956 году, когда изучением этого сюжета занялся писатель Сергей Смирнов.
Значение обороны Брестской крепости
Брестская крепость – это не просто крепостные сооружения, а могучий дух защитников, тех, кто принял на себя первый удар в этой войне, и продолжал сражаться даже после того, как, казалось бы, все силы иссякли.
Брестская крепость как относительно организованная боевая группа сопротивлялась десять дней. Это на девять с половиной дней больше, чем планировало немецкое командование. Таким образом, она стала символом стойкости советских солдат, продолжавших сражаться в тылу противника на всех направлениях, и тем самым оттягивавших силы немцев от наступления на Москву.