Автор написавший эти строки - lʼenfant terrible викторианской поэзии, лучший друг Данте Габриэля Россетти и незаслуженно позабытый сегодня романтик Чарльз Алджернон Суинберн.
"Маленький дьявол" Прерафаэлитов родился 5 апреля 1837 года - в тот самый год, когда на Британский трон взошла королева Виктория, ознаменовав тем самым начало Викторианской эпохи. Семья, в которой родился будущий поэт, была викторинской до мозга костей. Дед Суинберна по материнской линии был третьим графом Эшбернхэмом, а отец капитаном, а в последствии и адмиралом Королевского Флота. В семье Суибернов было ни много ни мало - семеро детей и Чарльз Алджернон был старшим из них. Его детство прошло в деревушке Бончерч на острове Уйт, где мать поэта и ее отец - бежавший из Франции дворянин учили будущего поэта французскому и итальянскому языкам, а так же прививали ему тягу к прекрасному рассказами о былой роскоши французского королевского двора.
Считается, что старшие дети - самые ответственные и целеустремленные в семье. Они чаще всего наследуют профессии родителей, а так же на их долю приходится больше благоразумия и амбиций, чем всем последующим отпрыскам. И, если амбиции Алджернону Суинберну и впрямь перепали, то со всем остальным ему не повезло. Угловатый, болезненный и впечатлительный, он скорее походил на младшее - слишком избалованное и нуждающееся в опеке дитя. Избалованность в семье Суинбернов не приветствовалась и на на долю юного поэта выпали все прелести классического британского образования, воспоминания о котором впоследствии сохранились в стихах
Я чувствую, что это началось,
Душа полна щемящего восторга,
Во мне как будто пламя занялось
Из искр, что высекла из тела розга.
И пусть горька наука та бывает
В душе счастливой крылья вырастают.
Впитанные таким образом знания помогли юному Суинберну поступить в Итон - один из наиболее престижных колледжей страны. Но тут студенческая вольница подкосила его. Он ударился в загулы и был исключен. Семья выхлопотала своему отпрыску место в колледже Бейллиол Оксфордского университета. Тут-то молодой повеса и познакомился с другим пылким и впечатлительным юношей - Данте Габриэлем Россетти, который в ту пору вместе с Уильямом Моррисом и Эдвардом Берн-Джонсом работал над росписью здания Оксфордского союза. Молодые люди быстро сошлись и пришли в восторг друг от друга. Чарльз Суинберн никогда не входил в Братство, но долгие годы тесно общался со всеми Прерафаэлитами, а порой и практически жил в доме Россетти.
Примерно в это же время юного поэта ждала его первая в жизни любовная драма. С раннего детства, с той самой счастливой поры, когда Чарльз еще жил со своей семьей в Бончерче не ведая пансионных розг, он был влюблен в свою кузину Мэри Гордон. Однако сама девушка воспринимала эти отношения исключительно как дружеские и вышла замуж за другого. Юный поэт был безутешен. Но душевная драма вылилась в прекрасные стихи.
Уйдем, печаль моя; она не слышит,
Какое горе в этих песнях дышит;
Уйдем, не стоит повторять впустую!
Пусть все, что с нами было, время спишет;
К чему слова? Ее, мою родную,
И ангельское пенье не всколышет,
Она не слышит.
........
Уйдем, печаль моя; она не видит,
В грудь гордую сочувствие не внидет.
Иль нет! споем в последний раз: быть может,
Ее наш стих смиренный не обидит
И не любовь, так память растревожит…
Нет, прочь отсюда! ничего не выйдет —
Она не видит.
"Расставание" было одним из первых поэтических опусов Суинберна, но напечатано стихотворение было только после смерти поэта.
Творческий путь Суинберна начался в 1865 году с романтических баллад на рыцарские и сказочные темы. Публика приняла их положительно, но без восторга. Подобные вирши были в ту пору на волне, но их было уж слишком много - баллады и сказки не писали только очень ленивые и те, кто вовсе не умели писать. Вышедшая чуть позже поэма «Аталанта в Калидоне», написанная в традициях античной трагедии была воспринята с большим интересом, поэтому издатель продлил контракт и в 1866 году выпустил сборник "Стихотворения и баллады". Он то и принес Суинберну славу. Правда слава эта была скандальной. В чем только чопорная викторианская общественность юного Алджернона не обвиняла. Ему вменялись и декаданс, и распутство, и пропаганда однополой любви, и безбожие.
Справедливости ради надо отметить, что стихи и впрямь местами были довольно провокационными. Чего стоит одно только упоминание того, что Христос занял свой трон, свергнув прежнюю религию и прежних богов
Пусть разрушил ты трон Кифереи, и обрушил на нас камнепад Но не вечен ты, царь Галилеи, мертвецом к мертвецам сойдешь в ад. Доброты одеяньем восторжен певец, воспевает твою Деву — Мать, Но похищен ее лучезарный венец, чужой трон ты сумел занять.
Примерно в таком духе юный поэт отзывается обо всем, что вызывает его неудовольствие: о монархии, о религии, о современных нравах и попрании свободы властьимущими. Воспевает же он античность с ее богами и свободами, чувственные наслаждения и смертный сон, дарующий забвение.
Двух черных очей беспощадные свечи,
Чьей пламенной милости короток срок,
Точеные руки, покатые плечи
И алого рта ядовитый цветок, –
Оставит ли время на память хоть волос,
Разъест ли твой облик бесстрастная ржа,
О тайная, темная дева Долорес,
Страданий моих госпожа?
Этот отрывок из стихотворения "Долорес", воспевающего чувственную любовь не лишенную доли мазохизма - прекрасный пример того, за что широкая общественность ополчилась на юного поэта.
Сам Алджернон свою дурную биографию всячески поддерживал, рассказывая на светских вечерах и дружеских посиделках самые невероятные истории. Например, большой популярностью пользовалась байка о том, что беспечные друзья во главе со Суинберном катались голышом по перилам дома Россетти пока художник трудился над картиной. Гости якобы производили так много шума, что художник был вынужден прервать работу и попросить друзей вести себя потише. О личной жизни Суинберна ходили и другие куда более провокационные слухи, среди которых был даже слух о том, что поэт вступал в интимную связь с обезьяной, которую впоследствии съел. Поэту так же приписывали связь с четырежды разведенной актрисой Адой Айзекс Менкен.
Впрочем, биографы поэта всех этих слухов не подтверждают, утверждая, что все они - не более чем пьяные байки. На деле же тягчайшими из распутств поэта были алкогольная зависимость, экзальтированный характер и пристрастие пускать пыль в глаза. Все это в конечном итоге привело к тому, что в 1879 году у Чарльза Суинберна случился нервный срыв. Семья передала опеку над молодым человеком семейному адвокату Теодору Уоттс-Дантону. Он вывез молодого человека в свой пригородный дом в Патни, где Суинберн и прожил впоследствии до конца своих дней.
Отделенный от друзей и их богемного образа жизни поэт пошел на поправку. Правда стихов он больше не писал, но литературу не забросил. Из под его пера вышли биографии многих известных людей в том числе биография Уильяма Блейка, которая на сегодняшний день является одной из лучших биографических книг о знаменитом мистике. Под бдительным оком своего опекуна Суинберн стал настолько благопристойным буржуа, что, когда в 1899 году началась англо-бурская война, былой поклонник свободы критиковал буров за излишнее вольномыслие как заправская викторианская кумушка. Чарльз Алджернон Суинберн умер 10 апреля 1909 года не от драматических событий или рокового несчастья, а от банального гриппа.
Хотя жизнь трагического поэта и закончилась вполне традиционно, все же в историю литературы он вошел именно благодаря дерзким виршам своей юности.