Эта история зародилась еще в далеком 1854 году со времен Крымской войны. Но свое продолжение получила уже в двадцатых годах 20-го века. Тогда органы ОГПУ посетил довольно странный человек, напоминающий своим видом чудака, инженер В.С.Языков. В его портфеле лежали документы, собранные им, о существовании клада, который покоился на дне Черного моря.
Суть, вкратце такова: во время Крымской войны англичане зафрахтовали множество кораблей для перевозки на полуостров войск и амуниции. В их числе был и первый в мире винтовой пароход «Принц-регент», прибывший на рейд Балаклавы. Спустя время, здесь произошел шторм невиданной силы. Корабль лишился якорей и разбился об скалы. На дне оказался груз медикаментов, снаряжение на сотни тысяч долларов, полевой электрический телеграф и подводный аппарат для расчистки бухты. Позже стали говорить о больших финансовых средствах, находившихся на корабле.
Чем дальше шло время со дня крушения судна, тем больше стали появляться слухи о золоте, хранившимся на его борту. Сначала говорилось о 500 тысячах франков, предназначенных для уплаты жалованья солдатам, дальше сумма увеличилась до 5 миллионов фунтов стерлингов. Все это росло в геометрической прогрессии. В конце века речь шла уже о 60 миллионах швейцарских франках. И сам «Принц» стал уже «Черным Принцем».
Эти слухи в немалой степени взбудоражили общественность. И уже в мирное время начались их поиски. Сначала попробовали найти сокровища французы, буквально просеявшие все дно бухты. Нашли около двадцати судов, но «Принца» среди них не было. Далее за дело взялись итальянцы, которым удалось найти большой корабль, но никакого золота на нем не было. Вернувшись сюда вновь через два года, они нашли еще одно судно, но золота на нем также не было.
Поиски сокровищ остановили Первая мировая и Гражданская войны. Интерес к ним возник снова, когда в двадцатых годах один ныряльщик достал несколько золотых монет со дна у входа в Балаклавскую бухту. Эта мысль и не давала покоя инженеру В.С.Языкову, который объединился с изобретателем подводного аппарата Е.Г.Даниленко. Отчаявшись найти помощь у местных властей, они и решились отыскать ее у самого Дзержинского.
Феликс Эдмундович с большим интересом отнесся к предложению Языкова сотоварищи. Его главным образом интересовала возможность подводных работ по подъему судов, затонувших во время прошедших войн. Ведь это настоящий склад металла, причем дефицитного по тем временам, усеявшего все дно вдоль побережья Черного моря. Ну, а если попутно обнаружатся еще и сокровища, то никто конечно не будет против… Так и появилась Экспедиция подводных работ особого назначения (ЭПРОН).
Для нее специально по проекту Е.Г.Даниленко был создан глубоководный аппарат, оснащенный «механической рукой», прожектором, телефоном и системой аварийного подъема. Экипаж был из трех человек, воздух поступал по гибкому шлангу. Сначала казалось, что найти затонувшее судно будет просто, ведь оно было железным. Но проходя мимо кладбища деревянных кораблей, было решено заняться подъемом всего ценного встречавшегося на пути. Для этого даже пришлось увеличить водолазов и создать специальную подъемную группу. Но все было безрезультатно.
Проект инженера Языкова обошелся государству почти в 150тысяч рублей. И ревизоры в кожаных куртках вскоре отправила часть руководства ЭПРОНА на лесоповал. Эта деятельность была признана нецелесообразной и деятельность ЭПРОНА была направлена на подъем судов со дна морей и рек.
Но где же золото «Принца»? Последней его искала японская фирма, обратившаяся с ходатайством и предложившая погасить все затраты, произведенные ЭПРОНОМ. Но поделить ожидаемую прибыль пополам. Просеяв массу песка и потратив около 300 тысяч долларов, фирма обнаружила лишь несколько ложек из белого металла саперные лопатки, саблю и несколько монет времен Крымской войны.
Здесь обращает внимание один интересный момент: сокровища искали все кому не лень, кроме законных владельцев - англичан. Не потому ли, что им действительно был известен настоящий характер груза, отправившийся на дно и от поиска фланелевых кальсон вряд ли можно было достичь успеха…