А у нас ни намеком солнца тире весны.
Только снег. Эта сволочь уже залепила лбы.
И срывается город по горочкам ледяным
в сумасшедшее плаванье айсбергом без трубы.
Ты такой одинокий город из тысяч лиц,
в переносицу улиц целую тебя с утра.
Птичьей стайкою буквы слетают с твоих ключиц,
и пришпилен к окошку в тучах собор Петра.
Небо молча лепит к асфальту куски воды,
превращенные в ватно-нервные валуны.
Я лепила тоже - по снегу свои следы.
Но к утру их заносит в спам у твоей стены.
Был бы ты изумрудным - напялила бы очков,
фонари белых мушкам сигналят вечерний слёт.
Закопать бы к полуночи в поле для дураков
три монетки на счастье... но в холоде не растет.
В этом айсберге не обещают, дают взаймы
два дыханья лишь тем, кто уже отдышал одно.
Безутешной и равнодушной такой зимы
не припомнит земля и киты ее заодно.
Бога ради, уймите стужу, включите день.
Слишком много сердца поставлено на кону.
Но уже розовеет луч в ледяной воде...
Это тающий айсберг вплывает в мою весну.