У нас в роте была такая интересная традиция - каждые полгода в колхоз отдавали одного солдата, а на Новый Год он приходил обратно. Но не один, а вместе с бараном.
Это не фигура речи, действительно за его работу давали в роту барана. Сколько баран весил я не знаю, но большой, курдючный. Готовили плов и офицеры забирали мясо что не пошло в казан.
Может кроме барана еще были какие-то договоренности, не иначе, хотя точно не знаю.
Т.е. как, пришел солдат осенью в армию, его выбрали, поговорили, он служит до нового года, а потом уходит жить в частный дом, в колхоз, один уходит туда, второй, который скорее первый, приходит в роту с бараном, дослуживает остаток до приказа и весной идет домой.
Для комментирующих скажу, что речь о узбекской армии и 92-94 гг.
Т.е. сразу после развала СССР, когда независимость уже была, а правил, Уставов, команд своих еще не было.
Да, к чему это я. У нас был один дембель Абдурахманов, не помню имени, Абдусаммат или Абдураззак. Вот он очень любил над солдатами новобранцами которые крупнее и сильнее него, поиздеваться.
Я у него вместе со Стасом приседания и отжимания делал часто . Он даст приказ и говорит:
— Вооот, а на гражданке ты бы меня побил сильно, а тут мои приказания выполняешь!
— Нет, я бы не стал над вами издеваться на гражданке, зачем?
— Стал бы, стал, точно тебе говорю. Я тоже не хотел, а сейчас хочу. Вот ты меня избить хочешь, а нельзя. Сесть - Встать - Сесть - Встать...
И подобная фигня. Мне почему-то фанеру не пробивал, и не отрабатывал удары ногами, как некоторым другим солдатам, но все равно неприятный тип был.
Так вот, после НГ пришел наш наемник из колхоза, Усман, который всю службу в полку не был, а работал у муллы в совхозе. У него фамилию не помню, но его по имени только звали.
Говорил что типа как Балда в сказке: готовил еду, за скотиной ходил, на участке с посевами помогла, с детьми возился.
Говорил, что в том доме как родной был, и еще мулла типа ему с верой помог очень утвердится и молитвы выучить, а это большое дело.
Он как пришел, Абдусаммат с ним решил поспорить, говорит мол призыв один , но ты службы не видел.
Типа ты и не солдат и не дед, а так, свинопас.
Ох нельзя такие слова мусульманам друг другу кидать. Слово за слово, и подрались они.
Так подрались, что у Абдусаммата вся физиономия стала синяя, проиграл он очень.
А пришедшего из колхоза парня авторитет образовался и он очень обшитый с вензелями и аксельбантами поехал Усман домой.
До дембеля в роте палец о палец не ударил, только присутствовал в роте и в строю стоял в конце взвода с провисшим ремнем и панамой на затылке.
Абдурахманов после этого стал потише и над молодыми издеваться перестал.
Поговорил со своим сержантом тогда на эту тему. Спросил, а что если бы я Абдурахманову накостылял, что было бы?
— Тогда бы тебе все вместе дали бы и скорее всего ты в госпиталь бы попал. Тут никак нельзя так, они одного призыва, хоть и перед дембелем не выясняют обычно отношения. А ты салага, для порядка бы уложили.
— Что вообще никак?
— Никак, и он бы даже от взводного добро бы получил на то чтобы тебя погасить, чтобы другие слушались и авторитет сержантов не пострадал.
Короче, как я и думал, бардак весь при негласной поддержке офицеров, которым проще держатся устоявшихся традиций, чем реально навести порядок.
Надеюсь что сейчас это меняется, но вот не уверен пока.