Работа в сельской школе сопровождалась новыми встречами, новыми знакомствами. И если Коля Лось задружился с местными «индейцами» в основном на основе алкогольной общности, а наши девушки-учительницы стали объектом повышенного внимания со стороны местных мачо по причине определенного дефицита достойных невест, то мои знакомства начали приобретать идеологический и даже мировоззренческий характер. Так, в какой-то осенний «рабочий полдень» ко мне подошел низенький старичок с непривычным именем-отчеством Егор Егорыч и скрипучим голосом Георгия Милляра из детских сказок начал меня пытать: «Так и чей же ты, сынок, будешь?».
Моя первая реакция, которая говорят является самой искренней и честной, характеризующей подлинную сущность человека, была, естественно, похожей на реакцию Шпака, услышавшего вопрос царя: «Ты чей холоп будешь?».
Возмутиться ли мне: «Простите, но я вас не понимаю?» В голове закрутились слайды из советских диафильмов, вспомнился грубиян, "невежа" Иван, которого старичок - боровичок из сказки «Морозко», превратил в медведя.
Вспомнился и сам «псевдодобрый» хозяин леса Морозко, устроивший тестирование холодом бедной Настеньке.
Вспомнились и братья Гримм, не сегодняшние рыжие, а настоящие немецкие, учившие нас необходимости оставаться вежливыми в лесах Шварцвальда.
В конце концов, на ум пришли и опоздавшие на 30-лет "заповеди" американского публициста-мотиватора Дейла Карнеги, утверждавшего о необходимости «дать возможность собеседнику почувствовать свою значимость».
Как бы то ни было, засунув свое самолюбие и гордыню куда подальше, я стал подробно рассказывать Егору Егоровичу о своей семье, об учебе в школе и в институте и многое другое из своей «насыщенной», как думалось тогда, и интересной юношеской жизни. Старику, безусловно, понравилась моя открытость, и он, похоже, воспринял меня с хорошей стороны.
А дальше, действительно было, как в сказке. Выяснилось, что старик очень уважаемый в районе человек. Вернувшись с войны почти героем, награжденный множеством орденов и медалей, Егор Егорович отработал немало послевоенных лет председателем колхоза, был награжден уже за трудовые подвиги, имел в личной собственности несколько домов, в том числе и построенных в областном центре, автомобили «Жигули» и даже «Волга -24». Но главное он имел большой в деревне авторитет и продолжал трудиться в колхозе заведующим складом. А это означает, что весь имеющийся по тем временам «дефицит» был в его распоряжении, и мне приходилось неоднократно обращаться к Егорычу со своим корыстным интересом. Старик помнил нашу первую добрую встречу и никогда мне ни в чем не отказывал.
В роли Настеньки, получившей в подарок от Морозко сундук с драгоценностями, мне побывать не довелось, но свою порцию добра от невзрачного на первый взгляд старика я все-таки получил.
Егор Егорович исполнил мою давнюю мечту. Мечтал я и просил в детстве у Деда Мороза многое: сначала футбольные бутсы и «олимпийский» мяч, затем гитару «Орфей» и магнитофон «Sony», а по достижению определенного возраста мечтал об иномарке, должности и внуках. Дед Мороз многие из перечисленных желаний исполнил. Но одну мечту помог реализовать мне именно Егор Егорович.
В советское время ветераны войны, труда и партии имели доступ к подписным книжным изданиям. В 80-е годы книгоиздательская промышленность заработала в стране более интенсивно, но восполнить книжный дефицит все равно не смогла. Кроме того что страна была читающей, для многих подписные издания были символом блата и богатства. Но для меня иностранные имена англо-, франко, испано-язычных писателей звучали, как сакральное заклинание: Гюго, Золя и Дюма, Томас Манн и Генрих Манн, Лопе да Вега и Хулио Балтасар. Но, «писком» для советской читающей пацанвы были книги Фенимора Купера и Майн Рида об индейцах, о Чингачгуке - большом змее, его сыне Ункасе, о вожде апачей - Виннету, о вожде семинолов - Оцеоле и о других настоящих, с лицом, как у Гойко Митича, индейцах.
В те годы, чтобы советскому школьнику прочитать книги из серии о Зверобое (Следопыте) и его друзьях делаварах, приходилось записываться в очереди в различные библиотеки, а чтобы иметь эти книги дома, как у моего товарища, мама которого работала директором книжного магазина, об этом даже и мечтать не приходилось. И вот оно везение, с помощью своего добродетеля Егорыча, мне удалось приобрести подписку на 7-томник Ф. Купера. Я был на седьмом небе от счастья, и именно так исполнилось одно из моих желаний. А процесс его исполнения напомню, начался с вопроса, упомянутого в заглавии данного рассказа: «Так чей же ты, говорю, сынок, все-таки будешь?»
P.S. А дружба с Егорычем продолжалась несколько лет, несмотря даже на то, что старый воин устроил как-то стрельбу по нам из своего охотничьего, а может быть и «трофейного», ружья. Но об этом читайте в моем следующем рассказе. Глава 10. Не стреляй по людям, Егорыч!
Уважаемые читатели, мне не безразлична ваша помощь - ставьте лайки, подписывайтесь на канал, делитесь в социальных сетях.
Ценю ваши комментарии, благодарю за корректность и уважение друг к другу. Если вам интересно прочитать про мои свадебные истории, это можно сделать ЗДЕСЬ (все ссылки кликабельны).
Глава 11. Случай на свадьбе. Вы, музыканты, играйте, но только не связывайтесь с Толяном.
Глава 12. Случай на скучной свадьбе. Колян, хватит бухать, сделай лучше Коршуна!
Глава 13. Вроде бы свадьба не задалась. Но проснулся я на полу с невестой. Жениха не было.
Глава 14. Тост на свадьбе, после которого ребята-«афганцы» чуть не побили тамаду.
Если Вам интересна вся книга, то начальные главы из нее находятся ЗДЕСЬ.
Глава 1. А председателем колхоза имени Кирова был Сергей Миронович Руденко.
Глава 2. Йося Кац – свой чувак. «Вы думаете, что негры в Гарлеме плохо живут?»
Глава 3. Приехали по распределению в сельскую школу, а школы – НЕТ !
Глава 4. Коля Лось или война в советской деревне с лангобардами.
Глава 5. Окончу школу, отсижу в тюрьме и стану шофером…
Глава 6. Сельский учитель – старт трудовой карьеры. И все-таки это было здорово!
Глава 7. Типа «смотрящий» приехал в школу.
Глава 8. Как я ходил читать политинформацию дояркам.
Ваш Фантасмагор.