Глава 3 (Тропиканка по-русски)
Родительский дом семьи Антоновых хоть и находился на 1 этаже трёхэтажного жилого дома, но много лет назад рачительный глава семейства приделал к веранде вторую дверь и обнёс небольшой участок земли высоким забором.
На этом участке Надежда разбила огородик, а Сергей построил крепкую баньку и поставил беседку. Летом стол накрывали в беседке или в предбаннике, а зимой конечно там было холодновато и поэтому трапезничали либо на веранде, либо в гостиной.
В доме было два входа, один с подъезда, а другой со двора. Сделано это всё было конечно на незаконных основаниях и подлежало сносу, но когда их сын Иван выбился в люди, он подмазал кое-кого из поселковой администрации и Антоновым быстро выправили все нужные документы.
Иван давно предлагал родителям купить большой отдельно стоящий дом, но упрямые старики не хотели съезжать с насиженного места, тем более, что все соседи этого дома были очень дружны между собой. По примеру Ивана многие жильцы 1 этажа огородили себе такие же участки.
К сёстрам, которые вот уже час парились в бане, присоединилась мать Надежда и Наталья, жена Ивана. Их дочь Татьяна не признавала никаких бань и мылась только в ванной или под душем.
Сёстры попеременно охаживали друг друга берёзовым веником и как будто планировали встретить Рождество в бане. Надежда и Наталья уже давно наскоро попарились и вымылись, а Полина и Лера всё ещё не желали вылезать.
В парилке Лерка всё допытывалась у сестры как ей живётся с Робертом и не планируют ли они завести второго малыша. Полина отвечала ей осторожно и старалась перевести разговор на более нейтральную тему.
В конце концов обе сестры наконец вышли из бани и вошли в дом. Они обе раскраснелись и очень были между собой похожи в одинаковых махровых халатах и с чалмой из полотенца на мокрых волосах. Роберт безошибочно подошёл к Полине и поцеловал её, приговаривая:
- С лёгким паром, девчонки, я уж думал, что вы там в бане заночуете.
На что Лерка с хохотом спросила у него:
- Ты жену по запаху что ли определяешь? Мой Кирилл точно бы нас не отличил, руку даю на отсечение.
Кирилла даже передёрнуло от её слов, а в душе он тайно возликовал, потому что сразу определил кто из них где находится. Роберт с тестем и Иван тоже пошли в баню, а Кирилл отказался, сославшись на головную боль.
Заботливая тёща предложила ему выпить таблетку, на что старший зять просто попросил налить ему чай. В конце концов ближе к полуночи вся семья уселась за накрытый стол.
Бабушка к тому моменту уже давно уложила внука Максика спать, а семнадцатилетняя внучка Танюшка упорхнула с подружками на танцы, сопровождаемая упреждающими советами родителей вовремя вернуться к наступлению Рождества.
Дом ходил ходуном от гула голосов собравшихся. Надежда и Сергей насмотреться не могли на своих детей, от души радуясь за каждого из них и за их успехи. Иван преподаватель самого престижного вуза страны, жена Наталья - его коллега.
Лера тоже при деле, муж её Кирилл уважаемый человек, врач. Поля с Робертом тоже в медицине, за 6 лет они уже сдали все необходимые экзамены и оба работают врачами в кардиологическом центре Мюнхена.
Первое время их с дипломами российского образца допускали только до работы обычного медперсонала. Поля работала медсестрой, а Роберт долгое время проработал в бригаде парамедиков на скорой.
За 6 лет они много чего добились в Германии и теперь с полным правом могут врачевать в этой стране. Судя по взглядам, которыми Роберт и Полина обмениваются время от времени, видно что они любят друг друга и очень счастливы.
За столом царила непринуждённая обстановка, все дружно поднимали кто рюмки, кто бокалы и чокались под заздравные тосты. Скоро захмелевшая Лера никак не успокаивалась и теперь уже допытывала Роберта почему они не заводят второго ребёнка.
- Ты за нас не переживай, у нас всё по плану. Лучше сама скажи, почему не родишь своему Кириллу? - нашёлся с ответом Роберт.
- Какие наши годы, успеем ещё, да любимый? Давай выпьем за то, чтобы в этом году мы с тобой стали родителями, - потянулась через стол к мужу Лерка, держа рюмку наперевес.
Кирилл устало взглянул на жену и одним только взглядом дал ей понять, что не стоит его сейчас трогать. Лера сделала вид, что всё в порядке и быстро опрокинув стопку, ушла копаться в старых кассетах, которые отец с любовью хранил в память об их детстве.
Он старался запечатлеть каждый момент жизни своих детей, снимая на свою видео-камеру все садиковские утренники и школьные балы. А когда обе дочери стали заниматься самодеятельностью, Сергей с гордостью ходил на отчётные концерты и фиксировал все выступления своих крошек.
Лера занималась латиноамериканскими танцами, а Полина ходила на вокальный кружок. Лера никак не хотела заниматься тем же, что и сестра и в штыки приняла, когда Поля тоже захотела танцевать. Пришлось Полине идти петь и прилежная девочка имела определённый успех на этом поприще.
Валерия рылась в кассетах и искала ту самую, заветную, где она получает первое место на конкурсе местного масштаба. Она победно выудила знакомую кассету и вставила её в раритетный видеомагнитофон.
Лерка быстро заткнула всем рты и потребовала внимания всех присутствующих на экран. На экране она семнадцатилетняя, в ярком костюме, самозабвенно танцует самбу в паре с каким-то пареньком.
Она стояла по эту сторону экрана и пританцовывала в такт, демонстрируя всем своим видом, что и сейчас находится в той же самой форме, что и больше 10 лет назад.
Картинка танцующей Леры быстро сменилась сосредоточенным лицом Поли, которая старательно выводила куплет за куплетом:
Сегодня модное надену платьице,
Смотри не опоздай, лукавит мать.
Хочу я миленький тебе понравиться,
Но только ты не должен это знать.
Смеются девочки, не в моде свататься,
Но каждая сватов ждет у ворот.
Хочу я миленький тебе понравиться,
Я тоже жду сватов не первый год.
Искрятся звездочки, в глазах купаются,
Гармошка, грустных песен мне не пой.
Хочу я миленький тебе понравиться,
Назначено судьбой нам быть с тобой.
Кирилл слушал песню и каждая её строка отзывалась в нём болью, словно это для него тогда Поля выводила эти слова, а он скотина взял и растоптал её чистую душу.
Он посмотрел на жену, которая резко изменилась в лице, когда на экране показалась сестра. Ей так хотелось быть единственной и неповторимой, но приходилось делить внимание зрителей на двоих, впрочем, как и всегда. Кирилл читал её, как открытую книгу.
Раздосадованная Лерка, махнула очередную рюмку водки, пока все присутствующие стали комментировать, как же Поля красиво поёт. Отец взял и записал на одну кассету обеих своих дочурок. Он даже с любовью подписал под кассетой год, когда обеим девочкам стукнуло 17.
Веселье за столом долго ещё продолжалось, лишь только Кирилл не принимал участие во всеобщем веселье. Он украдкой наблюдал за Полей, думая, что эти его взгляды остаются незаметными для других. Но Роберт всё замечал, а тревога в его глазах только нарастала.
Когда все вокруг танцевали, из спальни выбежал проснувшийся Макс и стал громко реветь, требуя маму. Кирилл сидел к нему ближе всех. Он было подскочил к ребёнку с целью его успокоить, но его опередил Роберт и тут же подхватил сына на руки.
- Не надо, я сам, ты его только испугаешь.
- Прости, Роберт, я вовсе не хотел пугать твоего сына.
Потом Максик потянулся к Поле и они ушли втроём в спальню. Убаюкивая сонного малыша, Полина слушала то, что Роберт тихо шепчет ей:
- Как думаешь, любимая, он ничего не заподозрил? Я ведь как чувствовал, что надо оставить Макса с моими родителями.
- Успокойся, дорогой. Всё в порядке, в конце концов мои родители тоже имеют право увидеть внука.
- Я ведь много раз предлагал оплатить их поездку к нам, пусть бы даже насовсем приехали.
- Ну что делать, ты же знаешь, что отец не любит разъезжать по заграницам и мама без него никуда. Они из этого дома вообще выезжать не хотят.
Роберт и Полина стояли обнявшись и смотрели на спящего сынишку, а потом оба вышли тихонько в гостиную, оставив в спальне мерцающий ночник. Отец разговаривал с Иваном о предстоящей зимней рыбалке, они оба были любителями подлёдного лова.
Поля помогла матери убрать со стола, пока Лера горячо обсуждала с Натальей, что недвижимость существенно упадёт в цене и нужно будет скупать её, чтобы потом выгодно продать и остаться с барышом.
Кирилл полулежал всё в том же кресле, устало прикрыв глаза. С танцулек наконец прибежала Танюшка и выслушивала в свой адрес упрёки от матери. Хмельная Лера заступалась за племянницу и говорила, что когда ещё гулять, как не в юности?
Потихоньку все разбрелись по комнатам и стали готовиться ко сну. Роберт и Полина пошли в спальню, где мать уже постелила им постель на широкой двуспальной кровати, возле которой стояла детская кроватка. В этой кроватке мирно посапывал их малыш.
Дед с большой любовью собственноручно смастерил её к долгожданному приезду внука Макса, а бабушка сшила на швейной машинке детское постельное бельё, сплошь покрытое нарисованными игрушечными машинками.
Лера потянула Кирилла за руку и тоже позвала его спать. Мужчина всю ночь пролежал без сна, прислушиваясь к неровному дыханию жены, которая выпила лишку и теперь похрапывала во сне, вызывая в нём глухое раздражение.
Когда он наконец уснул, то увидел во сне себя и Полину в окружении двух детей, в одном из которых можно было без труда узнать Максика. Он и Полина сидели под ёлкой вместе с детишками и встречали Рождество.
Аккомпанементом для столь идиллической картины их совместной жизни звучала та самая песня "Хочу я миленький тебе понравиться". Впервые за долгое время Кирилл широко улыбался во сне.
Аида Богдан
