В 1992 году в Колумбии свернули примерно всё пассажирское движение по железной дороге и законсервировали примерно половину путей, но почему-то не разобрали на металлолом, а оставили зарастать. Поэтому сейчас картины открываются уникальные — обычно такие дороги или музеефицированы, или разобраны.
Удивительным образом некоторые станции — ту же станцию Alban, например, — восстановили. Но не дорогу!
Железные дорогие в Колумбии начали бурно развиваться в 1910-х годах, когда боль от потери Панамы пыталась ослабить промышленная лихорадка, которая привела в страну мулов и лошадей новые, быстрые способы перевозки. Два десятилетия спустя страна войдет в экономический кризис, и это станет началом конца железнодорожной системы.
Элегантность 40-х годов осталась позади, но дороги худо-бедно проработали до начала 1990-х. А затем их просто бросили.
Сейчас станции признали культурным наследием, их восстанавливают — но не сами пути! Поэтому картины получаются живописнейшие.
По заброшенным путям сейчас путешествуют туристы — на велосипедах, пешком, как угодно, но не на поездах.
Вообще тут ходят пешком и ездят на автомобилях. А пути — ну. просто лежат.
Хотя дрезины кое-где приспособили и отлично себя чувствуют!
Вокруг растут и развиваются города, идёт обычная жизнь, появляются рынки и магазины. Просто среди этого всего есть ещё и вполне себе кондиционные пути — и это сразу меняет восприятие пейзажа.
Пасутся лошади. Растут пальмы. Горы на горизонте красивые. И пути, разъезды, стрелки — всё стоит.
Понимаю, что временами кажется, что и у нас таких путей полно, и по Западной Европе. Но принципиальное отличие всё же в том, что везде их разбирают — или продолжают использовать, пусть и не особенно интенсивно.
Так, чтобы они просто лежали и никак не использовались, и так уже больше 25 лет, — всё же уникальный случай!