Деда Миша. Михаил Фомич. Он родился в 1906 году! Был настоящим таким дедушкой - большим и добрым. Это фото 1970 года - мне полгода. А деда седой, с пышными усами, жёлтыми посередине от табака. Табак он курил ядрёный, даже от въевшегося в рубашку запаха смешно щекотало в носу. Посмотрите, какие огромные натруженные руки. Они всегда у него были горячие, ласковые и очень шершавые.
Я помню эту рубашку - чёрная, серая и зелёная полоска. Деда Миши не стало, когда мне было 9 лет - он и тогда её носил.
Когда деда Миша был подростком, в стране шла Гражданская война. Однажды они с друзьями нашли патроны - или патроны попали среди гильз - и бросили эти штуки в костёр. Он остался жив, хотя глаза лишился.
Мы с ним играли в лошадки: дед вставал на четвереньки, я влезала ему на спину и он катал меня по квартире. Иногда игогокал, когда я просила. :) А я держалась за его уши и хохотала. Он тоже смеялся. :) Мы с ним очень любили друг друга.
Роста в деде Мише было почти два метра. Когда я слишком разыгрывалась и начинала баловаться, он густым голосом говорил: "А ну охолони маненько!" Брал меня под мышки и одним движением усаживал на шифоньер в их с бабушкой комнате. Шкаф был старинный, с наличником по верху, ограждающим площадку, поэтому свалиться я не могла.
Это было очень весёлое наказание. Там хранились пачки с его "Беломором", бабушкины разноцветные клубки, старые журналы, коробка и нитками и иголками. В ней лежала медаль деда. В войну он был рабочим на железной дороге, за это его наградили. А после смерти деда мой отец, его сын, эту медаль отдал на память своему другу...
Когда мне надоедало сидеть на шифоньере, я просто спрыгивала на кровать деда и бабушки - она стояла вплотную. Если никого в комнате при этом не было, можно было успеть ещё раза два-три подпрыгнуть на панцирной сетке. :) Подушки, сложенные горкой, при этом весело сваливались в кучу и прыгали вместе со мной. А потом прибегала бабушка с кухни и кухонным полотенцем шлёпала меня, сгоняя вон с "прыгалки". :)
А ещё мы с дедом ходили гулять. Во дворе нашего дома была воинская часть. Если выйти со двора и пройти чуть по улице, там уже был не глухой забор, а просто натянутая сетка и проволока. Там был хозяйственный двор и пасся Васька - старый конь. Иногда, если мы выходили на прогулку ранним утром, мне везло увидеть, как Васька, запряжённый в телегу, тихонько трухает куда-то, а в телеге позвякивают фляги под молоко.
Иногда деда Миша брал с собой куски чёрного хлеба и соль в спичечном коробке. Мы шли к Ваське. Там дед щедро посыпал солью горбушку, клал мне на ладонь и, придерживая снизу своей ладонью, протягивал коню угощение. Васька фыркал, шумно нюхал хлеб и очень деликатно мягкими-мягкими губами брал с моей ладошки лакомство. Щекотно, весело, немного страшно - он огромный, конь-то! Эти воспоминания уже из года 1972-73-го... Забор выглядел как-то так - это фото из Яндекс картинок...
...а Ваську я представляла вот так:
Сейчас мне 49 лет. Из моего детства осталось очень мало фотографий - тогда это было целое дело. Или надо было идти в фотосалон, или нужно было иметь собственный фотоаппарат и самому делать карточки - проявлять их и печатать. Поэтому у меня только одна фотография с обожаемым дедой Мишей. Но я нашла в Сети фото, очень похожее на мою жизнь, вот оно:
Задумчивый старик в кирзовых сапогах, кепке и клетчатой рубахе, курит на пеньке. Штаны заправлены в сапоги - это обязательно. А внутри, это тоже обязательно, туго спелёнутые портянками ноги. Рядом - крайне деловая девочка с бантом огромного размера, прямо как я. Я помню дедовские сапоги: на каждый день - кирза, а на выход - юфть, тонкая кожа. Юфтевые он чистил и полировал так, что в них отражались пятнами мои банты и горящие глаза - вот как они блестели!
А ещё он делал дратву, чтобы подшивать валенки. Брал очень крепкую толстую нить, растапливал воск, макал туда эту нить и через некоторое время, сложив нить вдвое, пропускал её через дверную ручку и протягивал туда-сюда, чтобы воск лучше вошёл между волокнами суровой нитки. Потом шилом с крючком на конце очень ловко прокладывал строчку по краю подошвы своего сапога или валенок - чьих угодно...
Деда не стало, когда я училась в третьем классе. Это было 7 апреля 1980 года.
Я помню его всегда. Его доброту. Душевную щедрость. Обязательность. Смелость. Люблю его! Мой дед...