Садясь в самолёт в Мадриде, я ещё толком не понимал, зачем мне нужен в Медельин. Я был уверен, что на колумбийских улицах головорезов и кокаина столько же, сколько медведей с балалайками в России, но эта уверенность пропала, как только я получил штамп в паспорт. Был поздний вечер, лил дождь. На выходе из аэропорта в поисках очередного гринго маячили бомбилы. Перед выходом стояла одинокая полупустая маршрутка. Я залез в неё надеясь, что добирусь до людного центра, но ко мне сразу же подсела пожилая чернокожая женщина и с тревогой в голосе стала объяснять, чтобы я ни в коем случае не выходил на тёмных улицах, не разговаривал с незнакомцами, был настороже, не садился в машины... Говорила она быстро, я понимал далеко не все её слова, но мне становилось всё больше не по себе с каждым peligroso, peligroso, peligroso... Маршрутка наполнялось гораздо медленнее, чем таяла моя уверенность в себе, так что через минуту я уже пытался договориться с кем-то из бомбил, которые так похожи на своих банд