он где-то рядом, за моим плечом, смешливый ангел, белый и крылатый…
под звуки нежные ночной сонаты мы с ней под небом южным ни о чем [особенно о прошлом] не скорбим. пусть волны плещут так, как им придется, и мандарином выплывает солнце, жонглируя лучами, словно мим.
перетекая анфиладой дней, мы счастливы почти невероятно – сидим у моря цвета ранней мяты без дела, без забот и без затей, потягиваем золотой бурбон, забыв печали [здесь мы в самоволке – пусть черт от скуки смертной воет волком]…
стучит по рельсам голубой вагон, пересекая мегаконтинент, меридианом взрезанный, как фрукты, а нам чуть-чуть, совсем немного грустно, ловя на селфи лето и момент, чудесно четкий в объективе вид, где молоды, нам вечно восемнадцать, мы – воины, и лавры коронаций не льстят, а сердце-вуду не болит, не истекает кровью и стихом, пронзенное стрелою из Вероны.
мы дышим с нею так легко и ровно, что, наконец, застывший горький ком пройдет через осипшую гортань [десятки песен, спетых под гитару]…
мы пьем бурбон под звездами на пару, и ночь переполняет души всклянь топленым молоком и леденцом. мой ангел по щекам размажет слезы – мы плачем с ней над синей лунной розой...
а утром заряжаем кольт свинцом.
